Автор
Прокоп, обычный человек, решается на невероятно рискованный эксперимент. В его видениях открывается необъятная сила Земли, но и потусторонний мир ужасов. Солнышко отсутствует, а над головой — чудовищные тени на кромсаем земном шаре.
Потому что ждешь в гости каких-то отмороженных барсучков, которые должны устроить твоему любимому дядечке подлянку. Правильно я помню?
– Ну… насчет «любимого» и «барсучков» тут явная путаница, но по сути все правильно…
– Вот! Значит, я тебе поверил, и мы вернулись обратно в королевство Ягонов через другую дырку. А потом я тебя немного проводил и мы стали прощаться…
– А потом?
Лоб незнакомца покрылся глубокими морщинами от натужных воспоминаний:
– Хм… Потом?.. А потом ты мне наступил на руку! До сих пор болит.
Бонзай долго смотрел, как его ночной собутыльник ласково поглаживает пальцы на левой руке. Затем не выдержал:
– Ладно, ты меня проводил, мы с тобой попрощались основательно. Все-таки бурдюк был большой…
– Ага, двенадцать литров…
– …Но как мы в таких дебрях очутились?
– Просто! Ведь пока мы брели по дороге моего… королевства, то успели по твоему проскочить раз в двадцать больше. Понимаешь, в разных мирах – разные плотности расстояний. Суть самого понятия «плотность» улавливаешь?
– Издеваешься? – обиделся молодой король.
– Уф! Тогда с тобой будет попроще. Он переставил раненую ногу в другое положение, скрипнув зубами коснулся запекшейся корки крови. Бонзай тем временем лихорадочно проводил вычисления в уме и, придя к определенному выводу, все-таки решил уточнить:
– Значит, мы сейчас находимся от Вельги на расстоянии не одной мили, а двадцати?
– Плюс-минус миля.
– Значит, четыре, максимум пять часов усиленного бега. Да и зачем бежать так далеко? Можно ведь до ближайшего тракта добраться, хутора, постоялого двора. Уж мне-то лошадей любой одолжит. Посидишь тут на дереве до моего возвращения?
Дин счастливо улыбнулся:
– Хотел бы я иметь такого друга! Знаешь, чем ты мне больше всего понравился? Ведь ни секунды не раздумывал: когда понял, что у меня нога сломана, сразу на закорки – и поволок. Да и сейчас собрался хоть пять часов бежать, но помощь приведешь.
Он с искренней улыбкой протянул руку для рукопожатия, и Бонзай Пятый ее торжественно пожал. Мелькнула, правда, мыслишка, что почти незнакомый мужчина может и шпионом оказаться, и слишком уж корыстным хитрецом, который, зная короля в лицо, просто хочет втереться в доверие.
