В мире безумных попыток завладеть человеческой душой, где даже мельчайшие праведники кажутся злом — вот та незримая суть, что притягивает в ад. Но если и есть что-то реальное за обветренными стенами Ада, то это не мучительный ад из грёбанных котлов, а сердце мира людей — их надежды, страхи и любовь. В этой книге ты окажешься в сценах между миру и адом, где правда охватывает фантастическую повседневность....
Инстинктивно я увернулся от ножа, несущегося в лицо. Ева с рычанием бросалась вперёд. Нападала будто обезумевшая от гнева тигрица. Без страха. С фанатичной решимостью убить, уничтожить любой ценой. Глаза горели. Ярость придавала сил, и Ева двигалась быстрее, стремительнее, чем можно было ожидать от смертной."
"В полном молчании я уворачивался и отступал, уворачивался и отступал, не зная, как успокоить жену. Слова были бесполезны. Да и что я мог сказать? Извинения только подхлестнут ярость.
Может, дать ей выплеснуть гнев? Дыркой больше дыркой меньше — раны затянутся.
Кого я обманываю? Всё кончено. Никогда больше Ева не посмотрит на меня благосклонно, с нежностью и желанием. Не произнесёт ни слова, кроме угроз и проклятий. Не смирится с ролью моей жены. Не подпустит к себе ни на шаг. Будет пытаться отомстить при малейшей возможности. Что теперь делать? Посадить супругу на цепь, чтобы однажды не получить ножом в спину? Брать, не снимая кандалов? Обнимать и целовать, связанную? И разве это будет жизнь? Бесконечное мучение для нас обоих.
Поздно пытаться что-то исправить. Точка невозврата пройдена. Уже не раз я пожалел о содеянном. Наверняка существовал иной способ получить желаемое! Должен был! Почему я не поступил иначе? Лучше бы навсегда остался один, чем так…
Я механически уклонялся от ударов, думая лишь о том, как успокоить жену.
Порез, который должен был затянуться мгновенно, пульсировал болью, горел. Кровь заливала глаз.
Ситуация оказалась серьёзнее, чем я думал. И хотя человек даже с таким опасным оружием не представлял угрозы для демона, я не знал, как прекратить этот кошмар.
