Ночь тонко перекатывается к утру, а потом Райнеры медленно вырываются из золотистой дымки, как будто они сами выбираются на свет. За год я уже привыкла глядеть на их свечение и облегченно вздыхать при мысли о новом дне и новых возможностях.
Змей что, растерян? Холодный и пугающий наагат растерялся перед человеческой женщиной?
— Я не понимаю — устало сказал наагат — змей чувствует твой аромат.
— И?…
Хош протянул ко мне руку, но потом как-то обреченно затряс копной своих черных волос.
— Не нужжжно — сказал он мне, развернулся так резко, что полы темного кимоно разлетелись в разные стороны, и ушел.
Ну, вот и что это сейчас такое было?
***Я вернулась в зал, взяла бокал. Натана все еще не было. Я стояла в задумчивости, не понимая, что меня задело в этом странном разговоре со змеем.
— Наконец-то — послышался сзади глубокий голос и меня опутали чьи-то руки. Правитель дарков зарылся носом с мои волосы — ты пахнешь цветами. Сладкая.
— Наймар — я попыталась вывернуться, но правитель аккуратно подталкивал меня куда-то к стене — прекратите и отпустите. Меня ждут.
— Подождут — стена отъехала, и мы оказались в темном коридоре — а теперь поговорим, милая. Но прежде… — и он накрыл мои губы, кусая их и сжимая меня в тиски своих объятий.
— Нет — мой голос, несмотря на волнение, был холоден — что бы вы ни сказали, что бы ни пообещали, чего бы ни хотели. На все я говорю вам «нет».
— Посмотрим — сказал Наймар и потащил меня вперед — я потянулась к камню портала в кармашке платья. Теперь я всегда носила его с собой — не нужно убегать, милая — он обернулся ко мне — просто выслушай.
— Ведите — я устало кивнула головой — почувствовала, что сейчас, в этот самый момент ничего плохого он мне не сделает.
Открылась еще одна потайная дверь, и мы оказались в кабинете.
Правитель указал мне на кресло, а сам налил себе что-то в бокал и сел напротив.
— Я хочу стать твоим избранным — просто сказал он мне — я хочу тебя, и ты дашь мне кое-что. Можем даже не жить вместе.
— Правитель — логика у дарка, конечно, хромала. А я учетом какого-то болезненного огня в его глазах, я бы сказала, сейчас он был даже не совсем адекватен.
— Я в этом не уверен — его глаза сузились, и мне стало совсем не по себе — значит, буду седьмым — он сказал это так спокойно, будто мы обсуждали вчерашние новости. Я уже все решил.
