Ночь тонко перекатывается к утру, а потом Райнеры медленно вырываются из золотистой дымки, как будто они сами выбираются на свет. За год я уже привыкла глядеть на их свечение и облегченно вздыхать при мысли о новом дне и новых возможностях.
И сделала это представительница его расы. Которую нашла не служба правопорядка княжества, а сподручные джина.
Мы разместились за столом. Советники Правителя сверлили меня неприязненными взглядами.
— Добрых светил, Правитель — я попыталась приветливо улыбнуться — мы с моими избранными прибыли по вашему приглашению. Хотели бы узнать, о чем вы хотели поговорить."
"Тут один из фатов подскочил с места. Его лицо пылало злобой.
— Где моя сестра? Ты гдархова иномирянка!
И я выпала в осадок.
Тео холодно взглянул на фата.
Я проигнорировала выпад этого неадекватного фея и обратилась к Правителю.
— Уважаемый Правитель Лукас. Не могли бы вы сказать, что происходит. И как ваш советник смеет меня оскорблять? Это у вас, в княжестве такое специфическое гостеприимство?
Правитель перевел взгляд на своего советника. Тот все еще стоял с перекошенным лицом.
— Мой Советник Нарвар хотел бы узнать, где сейчас находится женщина, которая якобы совершила на вас покушение?
Хм.
— Понятия не имею, Правитель. Последний раз я видела некую безымянную рыжую фатку перед тем, как она распылила мне в лицо запрещенное на Райнере вещество. К сожалению, данная нера мне не представилась.
— Ты врешь!!! — взревел советник.
— Уважаемый Правитель — Лариил сказал это таким голосом, что у меня по спине поползли мурашки — или вы сейчас же говорите, что вам нужно, а также убираете этого явно нездорового разумом нера из этого помещения, либо мы уходим и сообщаем обо всем произошедшем в Совет Хранителей и жрецам.
— Сестра моего советника, которая, как мне сообщили, якобы отравила неру Алевтину, пропала. Ее не могут найти, и мы хотим знать, где она.
Тео рыкнул так, что, казалось, сейчас завибрируют стены.
— То есть ты, уважаемый Правитель, хочешь сказать, что прекрасно знаешь, кто сделал это с моей избранной и вместо того, чтобы разбираться с этим, имеешь наглость нас в чем-то обвинять?
Мне показалось, что Лукас побледнел. Да, Тео почти все время — это скала из спокойствия и льда. Но вот гнев моего биста — это страшно. Особенно, если он при этом еще и не молчит.
