Если она хочет заполучить его целиком, то себя нужно отдавать по частям. Звучит неправильно и неэстетично, но так и есть.
В голове уже выстроилась примерная линия поведения. И хотя имея дело с ним, сложно что-то предугадать и запланировать, она знала, как будет действовать. И ничего особенного делать не собиралась, а только быть предельно вежливой и очаровательной с его партнёрами, клиентами и гостями. И с ним тоже.
В скором времени ей представилась такая возможность. Начались звонки по телефону. Пришёл тот брюнет, как она правильно предполагала, - юрист, и как оказалось – его двоюродный брат Кристиано. Она готовила кофе, распечатывала и ксерокопировала документы, отвечала на звонки и заносила пометки в его расписание рабочих встреч, связалась с экономистами и попросила отчёты, дозвонилась подрядчикам, которые затянули с договором по строительству новых складов.
За несколько минут до перерыва на ланч, она выдохнула и откинулась в кресле.
- Пообедаешь с нами? – Данте и Кристиано вышли из кабинета.
- Нет, спасибо.
- Почему?
- Неважно себя чувствую. Что-то желудок болит.
- Выпей что-нибудь от желудка. Я скоро.
- Хорошо.
Она соврала. Её немного мутило, но не настолько, чтобы отказываться от еды. Соврала, чтобы не пойти с ним и, воспользовавшись моментом, остаться одной. А всё потому, что Тим снова начал звонить.
Его маниакальность по отношению к ней уже просто бесила. Пропустив пару звонков, она собиралась ответить ему позже и сказать пару ласковых. Но только когда будет совсем одна. Чтобы Данте не слышал, потому что разговор будет не из приятных. Да и не надо ему слышать этого. Энджел даже имени Тима не хотела упоминать при нём.
Как только следующий раз Тим набрал её номер, она ответила. Если его целью было вывести её из себя, то он справился. Терпения больше не осталось. Будь она у себя дома, наорала бы на него в трубку. Но сейчас не могла себе такого позволить. Не хватало, чтобы кто-то из коридора услышал её ор, поэтому она сказала громко, раздражённо, звенящим от злости голосом:
- Тим, если ты не понимаешь нормального языка, то я могу по-другому!
- Давай встретимся и поговорим.
- Иди ты к такой-то матери! – Громко выдохнула.
Она решила поиграть на его нервах и даже написала не просто сценарий, а целую оперу и использовала в своей игре именно тот инструмент, о котором он говорил."
"Вот теперь она улыбалась. И у тех, кому предназначалась мелькавшая на её губах улыбка, перехватывало дыхание.
Она так и дышала сексуальностью. Он заметил эту разительную перемену, но не мог понять, как она это делала. То ли её движения стали слишком плавными и отточенными, и привлекали внимание, то ли в глазах появился особый блеск. Но единственное верно – она вела себя так, чтобы утереть ему нос.
- Юристы передали договор от подрядчиков.