Макс притянул жену к себе, крепко обнял и поцеловал, но Алина отстранилась, показав глазами на спину водителя.
Войдя в квартиру, Макс равнодушно огляделся, будто никогда здесь не жил. Все казалось чужим и чуждым, и женщина, которой он помогал снять пальто, тоже выглядела какой-то незнакомкой.
Возникла мимолетная неловкость, но Алина с блеском разрешила ее, отправив мужа сразу в спальню, а сама скрылась в ванной, чтобы через довольно продолжительное время появиться в своей эротической ипостаси: с волосами, распущенными по плечам, и в коротком шелковом пеньюаре.
Макс потянулся к ней, зарылся лицом в густые волосы, вдохнул исходящий от них нежный цветочный аромат… И вдруг чрезвычайно отчетливо понял, что это все не то.
Он целовал ее и ласкал, но делал это с таким же примерно чувством, как расставлял сердечки в своем телефоне.
Минуточку, хладнокровно подумал он, сердечки я ставил именно для того, чтобы получить от нее вот это. А теперь понятно, что вот это мне не надо, так какого черта? Ради чего эта нежность из-под палки?
Впрочем, раз начал дело, надо его закончить.
Погрузив ладонь в ее волосы, Макс запрокинул голову жены и покрыл ее шею мелкими и осторожными поцелуями.
«Она привыкла, что секс у нее роскошный и изысканный, как и все остальное в ее жизни, – подумал он, проводя кончиком языка по нежной коже. – а я вроде поставщик эксклюзивного товара… Что ж, в принципе, лестное сравнение».
Когда все закончилось, Алина встала с постели и принесла ему бокал вина. Макс не успел удивиться, откуда эта неожиданная забота, как она сказала:
– Надеюсь, ты понимаешь, что лучше тебе не оставаться на ночь?
– Прости? – Он резко сел.
– Если ты останешься до утра, то наша жизнь покатится, как раньше, – протянула Алина. – а мне надо еще время, чтобы принять решение…
– Какое еще решение?
– Как какое… Видишь, ты совсем меня не слушаешь. Я весь вечер объясняю тебе, что мне нужно понять, как я вижу для себя перспективы нашего брака и чего хочу, а ты спрашиваешь, какое решение.
– Слушай, Алина, а тебе не кажется, что лучше подумать о другом? – спросил он зло и потянулся за брюками. – после стольких-то лет брака? А? Как считаешь?
– Возможно, о том, что наше счастье зависит от нас обоих, и тебе тоже надо что-то делать…
– О, начинается, – смеясь, Алина встала, завязала поясок пеньюара и подошла к большому зеркалу. – женщина отвечает за семейный очаг и должна всячески ублажать своего мужчину, что ли?
– В каком-то смысле да.
– Дорогой, оставь эти идеи пролетариату.