Сам царь стоял у окна, спиной к нему. Я был знаком с подобным хитрым приемом. Свет из окна падал на меня, в то время как лицо русского самодержца было в тени, и собеседнику было трудно следить за его мимикой.
Царь предложил мне присесть. Потом, немного помолчав, сказал:
– Господин посол, недавно ко мне поступили заслуживающие доверия сведения о соглашении, которое Франция собирается в самое ближайшее время подписать с Великобританией. Я готов внимательно выслушать все, что вы мне скажете на эту тему. Вы должны понять, что, состоя в союзе с Российской империей, Французская республика хотя бы из приличия обязана была проинформировать нас об этом соглашении!
Я вздрогнул. В воздухе повисло гробовое молчание. Естественно, что я имел самую полную информацию о тех переговорах, которые почти год вел министр иностранных дел Франции Теофиль Делькассе со своим британским коллегой лордом Ленсдауном. Переговоры шли в обстановке полной секретности, и я не мог даже предположить, откуда русский император узнал о самом факте их проведения.
– Ваше величество, – начал я, – вас, по всей видимости, дезинформировали. Действительно, между Францией и Англией ведутся консультации по поводу разрешения некоторых противоречий, возникших во время размежевания наших колониальных владений в Африке. Но ваше величество согласится, что в данном вопросе положения франко-русского союза ни в коей мере не будут нарушены.
Царь внимательно посмотрел на меня. Его лицо было абсолютно спокойно. Потом Николай II не спеша подошел к своему рабочему столу, открыл лежавшую на нем папку и достал лист бумаги.
– Господин посол, – сказал царь, – если бы дело касалось только декларации о Египте и Марокко, то я бы не стал вас беспокоить. Но ведь помимо этих статей в соглашении есть статьи секретные… – И Николай II стал мне зачитывать лежащую перед ним бумагу.
Я вздрогнул. Господин министр заблаговременно проинформировал меня о полном содержании готовящегося соглашения. В том числе и о его секретных статьях. И вот русский монарх преспокойно говорит о них, словно проект готового к подписанию соглашения, которое изменит всю расстановку сил не только в Европе, но и во всем мире, лежит у него на столе."
"По моей спине потекли струйки холодного пота. «А может, и в самом деле – так оно и есть? – подумал я.