Жанр
Укова и Макса Д, известные как "Road Warrior", встречаются на одном из учебных кораблей в Чемульпо за Средиземным морем. Теплый декабрьский вечер солнца озаряет лица военнослужащих, словно дразня их приближением к Северной Африке. Вокруг плавают тонкие ракеты и катера, создавая неземное впечатление на поляне из древних кораблей "Смольного"....
Я нарочно оставил их наедине – пусть Всеволод Федорович посвятит посланника во все, что произошло в Чемульпо и его окрестностях в течение последних восьми часов. Ну, и конечно же орлы полковника Антоновой прослушивают адмиральский салон с того самого момента, как сюда вошли эти двое. Реал-политик так реал-политик.
Павлов смущен и испуган. Оказывается, услышав, как взорвалась «Асама», он решил, что это погиб «Варяг», и молился за упокой живых еще людей. Страшный грех, хотя и невольный. Я думаю, Господь милостив и простит раба Божьего Александра.
– Добрый вечер, господа. Всеволод Федорович, вы как, уже ввели Александра Ивановича в курс дела? – Руднев кивает. – Вот и отлично! Значит, мы можем обсудить ситуацию во всем ее многообразии. Что мы имеем в активе на сегодняшний день, помимо поврежденного «Варяга» и погибших в бою моряков? Между прочим, Александр Иванович, вина в случившемся в немалой степени лежит и на вас… Понимаю, что вы в данном случае были лишь промежуточной инстанцией в авантюре, в которую вас завлекли господа Безобразовы со товарищи.
Павлов попытался было мне что-то объяснить, но я жестом остановил его."
"– Александр Иванович, я понимаю, что вы делали все из самых лучших побуждений. Только был в наше время один политический деятель, не самый плохой, кстати, но страдающий чудовищным косноязычием. Так вот, одна из его фраз стала крылатой. Звучала она так: «Хотели, как лучше, а получилось, как всегда…» Теперь о главном.
Посланник Павлов сидел как громом пораженный. Наверное, ему было даже страшно представить – какова будет реакция мировых держав на такие действия.
