Это поручик морской пехоты Никитин занимается гимнастикой со своими орлами. Рядом со мной, держась нежными руками за леера, за развертывающимся зрелищем наблюдают обе наши дамы. Ирина, как и положено компаньонке, всюду сопровождает Ольгу. Глаза у девушек блестят. Да, ни одна армейская гимнастика не способна произвести более сильное впечатление на нежные женские сердца, как эта.
Ольга откровенно влюблена, и почти не скрывает этого. Поручик же, напротив, ровен, выдержан и все силы отдает службе. Хотя видно, что Ольга ему тоже нравится. Но, очевидно, его несколько смущает происхождение Ольги и ее более чем двусмысленное семейное положение. Но поживем – увидим, всё у нас впереди. События скачут, как лошади на ипподроме, и трудно даже предположить – как и что будет дальше.
А пока, как я понимаю – специально для прекрасных дам, исполняется «смертельный» цирковой номер – ломание толстых досок руками и головой. Я проверял: в отличие от китайского цирка, тут всё без обмана, доски самые натуральные, не подпиленные и не гнилые. Цирк в разгаре – доски ломаются, девицы попискивают от удовольствия и страха – всё в порядке вещей."
"А вот нашему Михаилу сейчас нелегко. Столкнувшись случайно со мной вчера вечером, он признался, что чувствует только две вещи – невероятную усталость и дикий голод. И это при том, что одной выдаваемой морским солдатам на обед порцией можно накормить до несварения желудка двух благовоспитанных аристократов. В частном порядке я переговорил с поручиком и корабельным доктором. Ведь все-таки Михаил пока еще наследник и младший брат царя, и потому его здоровье нам не безразлично. В ответ я получил заверения, что подобная картина вполне нормальна для новичка, и подобное будет продолжаться еще месяц-полтора. Потом молодой организм втянется – ведь Михаилу всего двадцать пять, – и он будет воспринимать как должное то, что сегодня считает невозможным. Будем надеяться, что если даже Михаилу и не бывать императором, то хороший командующий сухопутной армией из него получится. Человеку в его статусе должность командира Дикой дивизии жмет в плечах.
Но самое интересное бывает вечером, когда после ужина у солдат и матросов наступает свободное время. Тогда отец Иоанн приходит в один из матросских кубриков. Нет, проповедью это назвать нельзя, скорее беседой по душам. Народу тогда туда набивается до упора, поговорить с отцом Иоанном приходят и корабельные офицеры. Вчера, например, зашел сам командир «Сметливого».
Об Иоанне Кронштадтском у наших потомков осталась удивительно светлая и добрая память. Он тоже отзывается о своих собеседниках из будущего очень тепло. После первой такой вечерней беседы он сказал мне:
– Нет в них зла. Души чистые, но обожженные и закаленные в пламени адском.