Как меня уверили, при применении этой штуки КПД вашего двигателя поднимется с двадцати восьми процентов до сорока. Сравните это с пятью процентами КПД паровой машины тройного расширения, и вы увидите, какой плюс получит наш флот при использовании вашего двигателя.
– Наверное, – немного неуверенно пробормотал я, – надо сначала попробовать…
Адмирал Макаров огладил свою знаменитую бороду.
– Я тут вчера радио-депешу от государя получил. Принято окончательное решение осваивать Северный путь в Азию. Теплые моря, как вы понимаете, пока контролируются англичанами. Будем строить для Арктики специальные корабли-ледоколы. Вот на них и попробуете свой двигатель. За основу возьмем мой проект ледокола «Ермак». Работать будем с вами вместе – вы по машине, я по кораблю. Строить будем на Балтийском заводе. Потребная мощность силовой установки не менее девяти тысяч лошадиных сил. Договорились, Густав Васильевич?
Я не знал, что и сказать. Такое предложение было крайне неожиданным для меня. И в самом деле с корабля на бал. С другой стороны, при поддержке адмирала Макарова, это действительно может стать прорывом, и я никогда себе не прощу, если не сумею воспользоваться предоставленным мне шансом.
– Э, да… – только и смог вымолвить я. – Степан Осипович, я согласен. И для начала мне хотелось бы знать, должна ли это быть одна машина на девять тысяч лошадиных сил, или можно использовать две машины, каждая в половину требуемой мощности?
– Желательно, чтобы была одна, – ответил мне адмирал. – Два винта слишком уязвимы для обломков льда, затягиваемых при движении под корпус. Если вы согласны, то рабочее место для постройки и испытания вашей машины мы готовы предоставить вам прямо тут в Кронштадте, на Пароходном заводе. И кланяйтесь добрейшему Александру Васильевичу. Как только вы скажете, что согласны, он обеспечит вас всем необходимым для инженерной работы.
– Да, Степан Осипович, – кивнул я, – считайте, что я полностью согласен. Где-то после Пасхи представлю вам переделанный под ваши требования проект тринклер-мотора с этим вашим насосом высокого давления.
Лицо Макарова сразу стало серьезным.
– Ну, Густав Васильевич, тогда начнем помолясь. И запомните, раскачиваться нам некогда.
Адмирал взял со стола колокольчик и позвонил. В дверях появился адъютант.
– Гриша, – сказал Макаров, – распорядитесь там, чтобы нам с Густавом Васильевичем принесли чаю. Мы еще с ним немного посидим, так сказать, приватно. Сделай так, чтобы нам никто не мешал.
Часть 3.Из искры возгорится пламя
23 (10) марта 1904 года, утро. Женева, улица Давид Дюфур, 3Ирина Андреева, журналистка и просто красавица
К товарищу Ленину мы отправились вдвоем с Сосо. Я все время улыбаюсь, когда так обращаюсь к будущему генералиссимусу и «отцу народов».