Кел по крови и другие…
— Те, у которых имеется А-резонанс… — задумчиво пробормотал ученый, а затем встряхнулся. — Сеньорита, вы меня простите, но все, что вы рассказали, мы уже и сами так или иначе выяснили… Я недавно проводил брифинг, могу вам прислать запись. Что действительно важно — мы не понимаем, как провести инициацию тем, у кого нет… генетического изъяна? Тем, кто, скажем так, обладает А-резонансом, этим даром Кел, от природы, но все равно не может использовать Звездную Кровь?
— Не понимаю, — после долгой паузы сказала Морвейн.
— Кел. Когда у них рождались дети… как эти дети становились Восходящими? Во чреве матери или… был какой-то обряд?
Все время этой интереснейшей беседы у меня крутилось ощущение, что разгадка где-то совсем рядом, у нас под носом, и мы вот-вот ухватим ее за хвост. Действительно, землянам без генетического изъяна для присоединения к Восхождению требовалась лишь нейротрансформация, но каким образом ее можно инициировать? Я надеялся, что Морвейн откроет нам глаза, но нет…
— Я… не знаю, — ответила Морвейн, вновь бросая на меня виноватый взгляд. — В Вечности… почти нет детей. Но я знаю, кто сможет ответить на этот вопрос. В Золотом Городе.
— Могу ли я задать еще парочку вопросов, сеньорита? Как насчет вас? Вам… нужен стигмат?
— Сейчас я Существо, заключенное в Руну. Мой господин пронесет меня в своей Скрижали, — сказала Морвейн. — Мне не нужен ни Саркофаг, ни стигмат.
— Но прежде он у вас был? — настаивал Минос, глядя на ее чистую белую руку — безо всяких следов гвоздя.
— Да, ведь я была рождена в Единстве, — согласилась Морвейн. — Но Восходящим в Вечности не нужны стигматы. В Вечности их нет даже у нео. Поэтому, когда мой господин вернул мне это отражение, у меня не было гвоздя.
— Я понял, благодарю вас, — прищурился Минос. — Но… Как я понимаю, теоретически вас ведь можно освободить из Руны, сделав снова, скажем так, обычным человеком?
— Да, если тот, кому я принесла Клятву, отпустит меня…
— Тогда почему вы еще…
— Я стала существом добровольно, чтобы вырваться из Вечности. И мое служение еще не подошло к концу, — спокойно произнесла Морвейн. — Клятвы моему господину не исполнены. Руна защищает меня. От смерти, от плена, от тягот пути. Будучи Существом, я лучше помогу великому замыслу, нежели будучи Восходящей… Но я предвижу твой следующий вопрос, фламин. Да — если меня освободят, Морвейн кель’Талас больше не будет нужен стигмат. Ибо в этом теле нет изъяна низших.
