И будут гадать слуги, кто же убил их сумасшедшего господина…
А я словно поставила галочку в пункте: «уничтожить Гаспара». Выполнено. И мне даже не было любопытно, лорд Калахан вырвал ему сердце или отрезал голову. Главное, что и в этом времени за папу и маму отомстили.
Я становлюсь ужасно циничной и жестокой. Или это не жестокость, а просто жесткость? Где та грань, за которой я потеряю себя прежнюю окончательно?
— Снижаемся, — обратилась я к дракону. — В этом городе много постоялых дворов, отдохнем.
«Понял, действуй», — мысленно ответил лорд Калахан.
И я, прикрыв глаза, стала плести волшебство своего народа. Короткая стихотворная рифма, напетая вполголоса, — и тучи разродились снегопадом. Причем столь обильным, что спина рептилии, на которой я, нахохлившись и пряча лицо от ветра, размышляла о бренности всего сущего, быстро побелела.
А мы снизились на окраине города. Там меньше свидетелей, которые могут нас увидеть, так как образ жизни местных заставляет их самих прятаться и скрываться.
Кутаясь в плащи, мы торопливо шли прочь из трущоб в более благополучные ремесленные районы. Там можно найти приличный, но не слишком дорогой постоялый двор или трактир.
Увидев вывеску, на которой толстый белый кот сидел в обнимку с пучеглазым гусем, я остановилась. От здания шла хорошая энергетика, которую я чувствовала даром сидхе. И название забавное и милое, такое же, как и картинка: «Кошак и гусыня».
— Давайте сюда, — придержала я Дарио, помогавшего мне идти.
Мы ввалились под навес над крыльцом, принялись стряхивать с себя сугробы, собравшиеся на плечах, спине и голове.
Ирма тихо фыркала, словно большая кошка, и с шальной улыбкой осматривалась. Похоже, столько снега ей ранее видеть не доводилось. Ведь она никогда не покидала Тьяринду, а там зимы теплые, снег не выпадает совсем. Если только в горах.
Мы не успели еще до конца отряхнуться, а дверь уже приоткрылась, и выглянул пухленький симпатичный мужичок невысокого роста. Оглядел нас внимательно, прошелся масленым взглядом по скалящейся в улыбке Ирме.
— А есть варианты? — отодвинув его в сторону, прошел внутрь лорд Калахан.
— Кошак? — внезапно хихикнула тень.
Удивленно взглянула на нее, потом на трактирщика. А ведь и правда! Его лицо и морда толстого кота на вывеске были чем-то неуловимо похожи. Будто художник по-дружески подтрунивал над хозяином заведения, рисуя добродушного полноватого дядьку в образе такого же упитанного, довольного жизнью кота.
