В череде повседневных дел и знакомых забот она внезапно почувствовала себя невероятно захваченной. Её спасение от ужаса вдруг стало вопросом жизни и смерти, когда кто-то неотступно преследовал её, переполненный злобой и яростью. Неужели это могло случиться с ней? Отчаянье и тревога смешивались в воздухе угрозы, словно расколотые сны в черной бездне.
– В каком виде вы нашли тело?
– Труп был изрезан и оскоплен. Бреннан с трагическим видом воззрился на присяжных.
– Покрыт ранами и оскоплен. Вы нашли какие-то улики, детектив?
– Да, сэр. Убитый перед смертью был близок с женщиной. Мы нашли следы вагинальных выделений и отпечатки пальцев.
– Почему же не произвели арест немедленно?
– Видите ли, в наших досье не было подобных отпечатков. Человек, которому они принадлежали, не имел криминального прошлого.
– Совпали ли отпечатки и характеристики ДНК с теми, что были взяты у Эшли Паттерсон?
– Совершенно верно, сэр. Никакой ошибки.
***"
"Доктор Паттерсон забросил работу и каждый день приезжал в суд, занимая обычно место в публике, как раз за скамьей подсудимых. Репортеры не давали ему покоя, но он держался мужественно, и на аристократическом лице не отражалось ни малейших эмоций. Все попытки разговорить его оказывались напрасными.
– Мистер Паттерсон, как, по-вашему, движется дело?
– Все нормально.
– И чем кончится процесс?
– Мою дочь признают невиновной.
*** Как– то вечером, когда Дэвид и Сандра вернулись в отель, портье подал им записку: “Пожалуйста, позвоните в банк мистеру Куонгу”.
Супруги переглянулись.
– Подошел срок очередного взноса? – расстроенно вздохнула Сандра.
– Да. Счастливые часов не наблюдают, а время все равно летит, – сухо обронил Дэвид и, на секунду задумавшись, добавил:
– Не тревожься, дорогая, скоро все кончится. На моем счету еще есть деньги. Хватит, чтобы заткнуть им глотку на этот раз.
Сандра встревоженно нахмурилась:
– Дэвид, что, если мы не сможем платить? Потеряем залог?
– Да, родная, но не волнуйся. Господь нам поможет. И потом, везет тому, кто сам везет.
Но тут он вспомнил о Хелен Вудмен, и на душе стало тревожно.
*** Настала очередь Брайана Хилла. Микки Бреннан одарил его дружеской улыбкой.
– Прошу вас, мистер Хилл, объясните суду, где служите.
– Я охранник в музее Де Янга в Сан-Франциско.
– Должно быть, интересная работа.
– Да, для тех, кто любит искусство. Я непризнанный художник.
– Сколько лет вы трудитесь на этом поприще?
– Четыре года.
– Скажите, среди посетителей у вас, наверное, есть знакомые? Бьюсь об заклад, у музея много поклонников. И завсегдатаев тоже.
– Разумеется, сэр.
– И вы можете их узнать? По крайней мере в лицо?
– Верно, сэр.
– Как мне сказали, администрация музея позволяет художникам снимать копии с картин?
– Да, такая практика принята во всех музеях мира.
