В череде повседневных дел и знакомых забот она внезапно почувствовала себя невероятно захваченной. Её спасение от ужаса вдруг стало вопросом жизни и смерти, когда кто-то неотступно преследовал её, переполненный злобой и яростью. Неужели это могло случиться с ней? Отчаянье и тревога смешивались в воздухе угрозы, словно расколотые сны в черной бездне....
Мы можем себе это позволить, дорогой? – спросила она, с тревогой глядя на мужа. – Я не хочу тебя разорять.
– Наверное, – с отсутствующим видом пробормотал Дэвид. Сандра прижалась к его плечу.
– Отныне у нас начнется настоящая жизнь, верно? Все сразу: и малыш, и партнерство, и новый дом. Я проходила сегодня мимо. Хотела получше рассмотреть детскую площадку и школу. Площадка просто восхитительна! Горки, качели и всякие тренажеры! Пойдем туда в субботу и еще раз все проверим! Джеффри будет в восторге, вот увидишь!
""Может, я сумею убедить Кинкейда, что фирме выгоден этот процесс? Неплохая реклама и тому подобное”.
– А школа – просто чудо! Всего в двух кварталах от дома и не слишком большая. По-моему, это то, что нужно.
Дэвид на секунду прикрыл глаза.
""Я не могу подвести ее. Разбить мечты. Утром скажу Кинкейду, что не берусь за дело Паттерсон. Пусть Стивен найдет кого-нибудь другого”.
– Пора одеваться, дорогой. В восемь мы должны быть у Куиллеров.
Вот он, момент истины! Дэвид сжал кулаки.
– Нам нужно потолковать кое о чем.
– Что-то…
– Сегодня я снова ездил к Эшли Паттерсон.
– Вот как? Расскажи! Она в самом деле прикончила пятерых? И все эти несчастные – ее жертвы?
– И да, и нет.
– Слышу речи, истинного адвоката. Что это означает?
– Она совершила убийства, хотя и не подозревает об этом.
– Дэвид!
– Эшли больна. В психиатрии это называется расщеплением сознания. В ней живет еще несколько личностей, и она не ответственна за свои поступки.
– Какой ужас! – передернулась Сандра.
– Я сам слышал этих других.
– Слышал?!
– Да. Они вполне реальны. Эшли не притворяется."
"– И действительно не имеет представления…
– Ни малейшего.
– Но в таком случае объясни: она невиновна или виновна?
– Это решать суду. Ее отец не желает ничего слышать о Джессе Куиллере, так что придется найти другого адвоката.
– Но лучше Джесса просто не найти! Почему Паттерсон упрямится?
– Хочет, чтобы я взял это дело, – помявшись, нерешительно признался Дэвид.
– Ты, разумеется, отказался?
– Разумеется.
– И что же?
– Он стоит на своем.
– Что он сказал, Дэвид?
– Не важно, – покачал головой муж.
– Что он сказал?
– Говорит, если я доверился ему настолько, чтобы рискнуть жизнью матери, то и он безоговорочно верит, что я спасу Эшли.
– Как по-твоему, сумеешь? – прошептала Сандра, не сводя глаз с мужа.
– Не знаю. Кинкейд запретил мне вмешиваться. Если я Соглашусь, могу проститься с партнерством.
– Даже так?!
Последовало долгое молчание.
