Автор
В переполненном эмоциями пространстве, я возмущенно смотрю на Санию. Десятое за час раздражение толкает меня к очередной выходке - бумажный лист уже четвертый в этот день. Я чувствую, как деревья подпрыгивают от моего недовольства, а горшки с цветами трещат на голос. В этом мире нет места для миролюбия или спокойствия - лишь взрывы и паника....
Приложу все усилия к их примирению, все-таки общаться им придется. Как же непредсказуема жизнь! Кто бы мог подумать, что мы с сестрой свяжем свою жизнь с двумя братьями…
Дождавшись момента, когда я, Сана и мама успокоимся, к нам медленным шагом приблизилась Эмма. Она никогда не была слишком чувствительной и даже сейчас не стала изменять своим привычкам. Окинув нас ироничным взглядом, она бросила реплику о том, что слезами трех наян можно затопить всю столицу. Я сузила глаза, не в силах удержаться от язвительного замечания:
– Зато ты, смотрю, очень и очень довольна.
– Не поверишь! – с готовностью отозвалась она, проигнорировав, как ни странно, мое обращение. – Сдерживаюсь из последних сил. Глаза б мои его не видели!
– Мама! – возмутилась Катарина. У нее даже слезы мгновенно высохли.
– Пусть живет, я же не против, – хмыкнула бабуля. – А если Шелдона помилует, даже улыбаться буду. Правда, не советую твоему мужу подходить ближе, чем на расстояние вытянутой руки, мало ли что… Кстати, насчет мужа.
Мама едва не зарычала, чем напомнила меня саму, и я улыбнулась сквозь слезы. Драконьи горы и ее изменили. Или же выявили истинный характер? А Эмма неисправима, даже обижаться на нее не имеет смысла.
Нашу перепалку прервал знакомый шорох. Резко обернулась к окну – и увидела приземляющегося на подоконник Берта.
– Как ты могла сбежать?! Знаешь, что тебе за это будет?!
– Конечно, – она расплылась в улыбке, – ничего! Когда ты до меня доберешься, пообщавшись со всеми своими родственниками, боюсь, даже забудешь, как родную дочь зовут.
– Альяна!
– Главное – повторяй мое имя чаще, а то мало ли что…
– Дочь!"
"– Универсально, папа, но недальновидно, – фыркнула она и попыталась вывернуться из его рук.
– Альяна, наказана!
– Несправедливо!
Я не выдержала и засмеялась. Питер опустил вырывающуюся дочь на пол, и она тут же спряталась за меня.
– Альяна заслуживает самой лучшей награды, а вы из себя грозного отца строите. Мы же потомки Эммы, смиритесь.
