Автор
Волков-Вольф-Расписной, бывший разведчик спецназа, берётся за опасное задание политического значения. Ему предстоит пройти через тюремный ад, используя знание его законов и обычаев. Герой должен выжить в системе, где каждый шаг может стать последним, и выполнить миссию, от которой зависит...
Я удивлялся, как на все это хватает посольской зарплаты, а он смеялся: дескать, Америка – богатая страна! – Фогель хмыкнул. – А потом я узнал, что наш казначей подделывал мои подписи на расписках, по которым я якобы получил полмиллиона!
– Он жив? – перебил Вольф.
– Кто? Сокольски? Да, благополучно уехал в свою Америку.
– Казначей жив?
– Мерзавец! За копейки и кучу обещаний этот гад помог ограбить великую идею…
– Он жив?!
– Да, его даже не посадили. Уехал из Москвы и затаился где-то… Говорят, его видели в Свердловске.
– Хорошо, – кивнул Вольф. – Только пока это слова, а любят говорить следаки, нужны «доказы» [76] . Давай имена и факты. Фамилии казначея, любовниц, продавцов антиквариата. Короче, тех, кто мог бы это все подтвердить.
– Кому подтвердить?
– Сходке. Или вору.
– О чем ты говоришь, Вольдемар? Какие сходки?
– Тьфу! Это я по привычке. Просто, чтобы прижать крысу к стенке, мне надо ее напугать. Конкретно базарить, короче. Понял?
Фогель помолчал.
– Ну, слушай…
То, что он рассказал в последующие полчаса, и составляло конечную цель операции «Старый друг». Когда Вольф лег в постель, мозг по всем правилам мнемоники напряженно сортировал и фиксировал полученную информацию. Но когда работа была окончена, он заснул глубоким и спокойным сном, каким еще ни разу не спал за решеткой.
* * *Генерал Вострецов об успехе Вольфа не знал. Напротив, все злоключения прапорщика он воспринимал с раздражением, как неумение работать. А чего ждать от неумехи? Только одного – неминуемого и сокрушительного краха в виде провала всей операции. Но он не собирался разделять ответственность за этот крах. Потому что неумех много, а он, Вострецов, один. А провал операции пахнет тем, что с него снимут генеральские погоны и отправят на пенсию влачить жалкое существование обычного, не облеченного властью и полномочиями человека."
"Поэтому он вызвал одного из результативных сотрудников идеологического отдела майора Камушкина и провел с ним доверительную беседу, в ходе которой охарактеризовал ситуацию, поставил задачу получить от изменника Фогеля компромат на его бывшую связь с Сокольски и нарисовал перспективы для умелого оперативника, сумеющего эту плевую задачу выполнить.
– Понимаешь, майор, тут нечего сложные кружева вышивать! – перегнувшись через стол и заглядывая в глаза Ка-мушкину, инструктировал генерал. – Кто такой Сокольски? Он этому Фогелю ни брат ни сват. Даже не друг-приятель.
