Автор
В жарком августе воздух напоминал бензин в раскаленной печи, когда Анджело внезапно пригласил меня к себе домой. Комната была заражена его атмосферой - холодной решимостью и непрекращающейся тревогой. Я чувствовала себя покалеченной иглами, словно в тонких одеждах из чистого холода....
Матео рукой потянулся ко мне и я, дернувшись, испуганно отбежала к стене.
- Невозможно осторожно выпороть ремнем. И я же пыталась с тобой нормально разговаривать.
- И что же нормального в том, что по твоему мнению я должен давать защиту твоим врагам? – Лонго сложил ремень в два раза. Выглядело очень устрашающе. – Давай, моя госпожа, иди ко мне. Может, тебе даже понравится.
- Подожди. Давай, все-таки попробуем нормально поговорить, - я подняла ладони перед собой. – Без… ремня.
- Почему же? Я уже настроился.
Прижавшись спиной к стене, я почему-то не сомневалась, что он серьезно, но все-таки спросила:
- Скажи, не будет ли для тебя критичным, если ты откажешься от сотрудничества с Бочели?
- У меня достаточно предложений.
Я выдохнула. Помялась на месте, но, прежде чем я хоть что-то сказала, Лонго произнес:
- Ты должна понимать одну вещь. Даже если ты мне не доверяешь, я не могу пойти против тебя.
По коже рассыпались раздирающие мурашки и слова Лонго полоснули по душе. Ковыряя ее. Разрывая. И он был прав. Дело в недоверии. Я слишком часто обжигалась. В том числе и самим Матео. Меня словно бы всю жизнь палками били и я элементарно терялась в том, когда человек по отношению ко мне мог не иметь плохих намерений.
- Прости, - произнесла на выдохе. – У меня есть причины, по которым я тебе все это сказала, но, если ты не собираешься сотрудничать с Бочели… спасибо.
Все еще смотря на ремень, я напряглась и, боком отошла к кровати. Хотела взять свой телефон, который выронила рядом с кроватью.
- И, раз такое дело, я хочу рассказать тебе кое-что про свою семью.
Подходя к телефону, я заметила, что фотография немного сместилась. Так, то на ней теперь была моя рука. И, я уже хотела его взять, как Лонго первым поднял телефон. Сдвинув брови на переносице пальцами вернул фотографию в обычное положение и… посмотрел на меня и на Северо.
Атмосфера в комнате стала таковой, словно воздух превратился в цианид. И стало веять то, что болью и смертью кожи касалось.
- Что это такое? – Лонго сжал телефон с такой силой, словно раздавить его собирался.
- Мы с Северо когда-то встречались. Я говорила, что у меня был парень, который променял меня на другую. Это… был он. И променял он меня на мою сводную сестру.
Все еще сжимая мой телефон, Лонго отошел к окну и ладонью оперся о подоконник.
