— Не смей! Не смей ее трогать! — с криком между нами втиснулась Зола и заколотила ладошками по невменяемой туше отца.
— Ах ты малолетняя шлюха! А новенький император-то совсем извращенец, любит недоростков вроде тебя. Я всем об этом расскажу. Об этом узнает весь город, — Роди отпустил мою руку и замахнулся на дочку.
Я схватила Золу за плечи и одним ловким движением сдвинула к себе за спину. Роди толкнул меня в грудь и захрипел, что в его случае оказалось смехом.
— А не попробовать ли мне шлюшку императора? — кулак негодяя летел мне в лицо, и я понимала, что увернуться не успею, да и не смогу. Позади меня девочка и стол, а отпрыгнуть в сторону, значит, оставить в руках злодея беззащитную Золу.
Из сплошной стены ливня, в которую превратился дождь на улице, неожиданно вынырнул Нектир. Промокший, но чертовски грозный, он остановился у входа и скрутил пальцы в причудливый жест. Кулак Роди замер в сантиметре от моего лица, а сам непутевый папаша задергался, будто муха, попавшая в паутину.
— Кажется, кто-то забыл свое место? — Нектир медленно подошел к тихо поскуливавшему и трепыхающемуся в невидимых путах Роди. — Или не знаешь, как в этой стране становятся императором?
Нектир повторил свой первый жест и крутанул запястьем. Роди повалился на колени и забился в судорогах. На губах его выступила пена и крупными хлопьями закапала на мой свежевымытый пол.
— Боже, я только что тут все вымыла, — невольно простонала я.
— Ну извини, не я притащил сюда эту мерзость, — усмехнулся Нектир и взглянул на меня. Роди в этот момент облегченно затих и повалился на пол, тяжело дыша. — Зачем ушла из дворца без охраны?
— Я не знала, что тут опасно… — теперь и я понимала, что будь со мной стражники до такого бы не дошло. Не появись Нектир так вовремя и неизвестно чем бы все закончилось. — Спасибо за помощь. Но как ты нашел меня?
— Я всегда знаю, где находятся мои люди, — синие глаза императора блеснули одним ему ведомым чувством.
— Твои люди? — зачем-то переспросила я.
Он оставил этот вопрос без ответа, потому что очухавшийся на полу Роди вдруг прохрипел:
— Это моя лавка. И дочка моя. Не казни, император, дай слово молвить, — мерзкий этот прыщ подполз на коленях к Нектиру и молитвенно сложил руки у груди.
Повелитель изогнул бровь и уставился на нечто, резко сменившее тактику поведения.
— Твоя девка украла мою дочку, а теперь и лавку. Я не виноват, разозлился просто. Несправедливо это.
Я рот приоткрыла от такой залихватской наглости.
