Ведь вроде действительно божеские расценки озвучил, чего только стоит жалкий десяток тысяч золотых монеток за князя. За князя! Хотя, по-хорошему, за каждую их голову по сотне тысяч как с куста рубить надо, а то и весь мильен!!!
А как гном спал с лица! То бледнеет, то краснеет, то сереет… Казалось, того и гляди его сейчас кондрашка хватит, вот будет мне конфуз. Но нет, крепкий мужик оказался, даром что гном.
Думал, он как истинный жадный бородатый коротышка сейчас за каждый золотой будет торговаться, вроде даже как попытался в самом начале, но потом что-то притух. Все же моя стратегия с «ковкой горячего железа» сработала на все сто.
Даже поддавшись жалости (я вообще жалостливый человек, милостыни, правда, никому и никогда не давал, но так жалел, так жалел…), хотел было дать задний ход и снизить сумму раза так в два хотя бы, но тут уже взыграла жаба, и готовые сорваться с уст слова застряли в горле, мне даже реально дышать трудно стало… как есть жаба прихватила.
Ну да ладно, денег действительно много не бывает. Более того – есть подозрение, что и глазом моргнуть не успею, фигурально выражаясь, как я стану вновь бедным, будто церковная мышь. Все потрачу… главное, большая часть бабла вернется тем же гномам. Так что не надо ему так на меня глазами сверкать…
Ну и наконец-то я наполню экономику своих владений «живыми» деньгами. А то все бартером расплачиваюсь – амулетами от Олграны. Перед Гонглиром уже неудобно, столько ему задолжал за его работу, и не только ему…
Распрощавшись с дочерью, кинув напоследок в меня убийственный взгляд, князь Серебряной горы покинул наше общество.
Вместо него явился на ужин архимаг Тарногар. Присутствовать на переговорах он не пожелал – наверное, чтобы не мозолить своим видом глаза князю и не портить отношения с гномами, а заодно в порядок себя привел.
– Ну ты отжег, Кийррейл! – вновь засмеялась демонесса. – Не отсыплешь мне от своих щедрот камений драгоценных?
– Зачем тебе? – как самый настоящий скряга, проскрипел я.
– Вот именно! – вскинулась Зеленоглазка, что как казначей становится замковой жабой – в переносном смысле, естественно: хоть она и зелененькая, но без пупырышков… – Ты еще ничего не сделала для общего дела, а уже драгоценности требуешь!
– Ну, во-первых, муж обязан содержать свою жену, – усмехнулась суккуб.