В опорном пункте – тесной комнатушке с предбанником, облагороженной ремонтом, располагавшейся на первом этаже кирпичной многоэтажки рядом со Сбербанком – не протолкнуться, так много народа пришло на прием.
Катя позвонила на мобильный участкового (благо дежурный снабдил ее номером), и через минуту Миронов открыл дверь кабинета.
– Товарищи-граждане, извините, это сотрудник из Главка по срочному делу ко мне. Проходите.
Огромная фуражка покоилась на шкафу у окна. На столе перед лейтенантом Мироновым – ноутбук. Сам лейтенант, в отутюженной форме, подтянутый, выглядит сейчас куда лучше, чем тогда, в «Приюте любви».
– В Москве убийство, лейтенант, – сказала Катя сразу, чтобы создать у него правильный рабочий настрой. – Но я к вам по тому вашему делу насчет кошек. Удалось установить, что за яд использовали в зооотеле?
– Крысиный, тот, что санэпидстанция использует. А кого убили в Москве?
– Некую Дарью Юдину.
Лейтенант Миронов смотрел на Катю.
– Не помните ее? Вы владельцев погибших кошек допрашивали?
– Не всех. Выборочно. А это что же…
– Дарья Юдина приезжала сюда в то воскресенье. Она оставляла тут своего кота или кошку в гостиннице… нет, кажется, это кот был, я слышала ее разговор с председательшей кошачьего клуба.
– С Сурковой? Ее я допрашивал.
– В этом я не сомневаюсь. Кот Юдиной погиб, как и остальные. А вчера вечером убили и ее.
– В музее на Волхонке.
Лейтенант Миронов вскочил со стула:
– В музее на Волхонке?! В Историческом?
– Это не исторический музей. Но как вижу, это место вам знакомо, лейтенант. Почему, а? Не впервые об этом месте слышите, да? Я не про школьные экскурсии.
– Да, дело в том, что я раньше проверял… то есть, устанавливал как место работы…
– Как место работы вашего главного подозреваемого в массовом убийстве животных, так? Вы тогда еще его отца спрашивали, помните, а он ответил, что, мол, музей и по воскресеньям открыт…
– Женщина убита там, да? Молодая?
– Молодая, недурная собой, блондинка. Между прочим, занимала очень высокий пост – почти что аудитор Счетной палаты, приехала в музей как глава ревизии. Его фамилия Тригорский, зовут Михаил, так ведь, лейтенант?
– Мы еще когда пацанами… он всегда себя только так называл. Сначала мы ржали, а потом привыкли.
– Ангел Майк? В Библии вообще-то Михаил – Майк был архангелом. Я так поняла, что вы всерьез вините его в убийстве кошек и поджоге приюта для бездомных животных.
– Я знаю, что это он сделал.
