В беспрецедентной ситуации он партиец, а я – террорист. Теперь мы неслимые противоборствующие стороны, но моя команда из предателей и преступников готова выполнить любой приказ. Жду Михайло Нечитайло в кустах, где наш мир будет развернут в поворот.
Винтовки у них были не на ремнях, а наперевес, что демонстрировало серьезность намерений при отказе от повиновения. Верховодил этой группой невысокий, среднего телосложения брюнет. Ноги его были кривыми, как у гусара, который забыл, когда слезал с лошади, а военный френч и брюки стискивали тело в обтяжку, что придавало ему сходство с легкомысленным французом. Лицо его было изуродовано шрамами, как и руки, что придавало ему какой-то зловещий мистический вид.
– Подняли руки! – резко приказал он.
– Так, значит, тут дорогих гостей встречают? – поинтересовался я спокойно, хотя в груди все сжалось.
– Руки! – гаркнул Шрам, как я его прозвал про себя.
Мы с Петлюровцем пожали плечами и повиновались. Нас тщательно обыскали. И Шрам резко кинул:
– В холодную!
А ведь я его узнал. Изучая документацию по КСУ, обратил внимание на эту приметную личность. Белогвардеец, потом был у Петлюры в контрразведке. И здесь отвечал за нее же.
Да, оказанный нам прием теплым не назовешь. Вопрос вопросов – имеют ли хозяева «виллы» против нас нечто конкретное или просто давят на нервы?
Скоро все выяснится.
Глава 7
Нас отвели в длинное, казарменного вида одноэтажное строение, где закрыли в весьма похожей на каземат крошечной комнате. Вот и сбылась заветная мечта сотрудника ОГПУ – побывать на «вилле Потоцких».
После Гражданской и советско-польской войн в Польше окопалось огромное количество эмигрантов.
Они добросовестно готовили широкомасштабные боевые действия против СССР. Совершали на нашу территорию террористические рейды. Вели военное обучение. Вот только постепенно изначальный пыл угасал. Война с Советами все оттягивалась. Войско разлагалось. Да еще и дипломатически СССР сильно нажимал. В результате все эти вооруженные формирования польское правительство в середине двадцатых годов разогнало.
