Жанр
В книге "Ратник" читатель окунется в мир оружейных мастеровых и киевского военного совета. Когда Андрей выносит грамоту о своем праве получать третью часть прибыли от всех торговых сделок, вокруг него начинают возникать противники и сторонники. Внутренние конфликты, стремление к власти и желание доказать свое значение в семье создают напряженную атmosферу на страницах книги....
Он отвечал, как мог, рассказывая и про засаду с подложным биваком, и многое другое. Царь же погрузился в свои мысли. Перед его внутренним взором предстал юродивый монах Нектарий, в который раз рассказывающий свой сон.
Иоанн Васильевич был человеком от природы очень осторожным. Жизнь заставила. Поэтому он старался не делать резких движений и поспешных выводов. В полной мере это проявилось во время последней Казанской кампании. Он медленно, осторожно, постоянно и во всем перестраховываясь, шел вперед.
В какой-то степени это диктовалось его окружением, где толковых исполнителей найти было не просто. То пушки утопят. То с обозом проворуются или оплошают. Куда не ткни – всюду булькала некомпетентность, густо замешанная на кланы, землячества, местничество и банальные финансовые махинации. Даже среди близких и доверенных людей. А ведь еще имелись интриги политического толка. Смертельно опасные интриги. Унесшие когда-то жизнь матери царя и кое-кого из его близких.
Вся эта в целом гнилая обстановка и сформировала очень осторожного человека, взвешивавшего каждое свое слово и дело.
Реальный Иоанн Васильевич не имел склонности к быстрым, спонтанным поступкам. Вот и сейчас, получив новую порцию сведений, вернулся к давно и тщательно «обсосанным» вопросам. Начав обдумывать их по-новому.
* * *
В тоже самое время в Туле происходило другое, не менее яркое событие. Туда прибыл Данила с новой порцией гостинцев. Андрей добрался до вотчины, куда вновь отъехал из города дядя его жены, и передал через него новые трофеи. Лично возвращаться в Тулу он не хотел. Пока во всяком случае.
– Мать твою! – ахнул воевода.
– Да и не говори… – тихо поддакнул ему отец Афанасий, увидев эту процессию.
– Сколько же здесь коней? – крикнул кто-то из сотников.
– Много… очень много… – покачав головой ответил Данила. – Андрей сказывал, что три полные сотни и семь десятков с пятью.
– Обалдеть! – присвистнул один из помещиков.
