Все дневное волнение, горечь, отрава, что влил в него своими словами Ширас, от которой пекло и тянуло в груди. Все это нужно было выжечь, вытеснить.
Неизвестно, сколько прошло времени.
Но кошка, уверившись, что ее дымчатой шубке больше не угрожает купание, незаметно вылезла из-под дивана и, важно задрав хвост, прошествовала в кухню. Очнулись они, когда оттуда донесся характерный звук. Как будто что-то упало и шлепнулось на пол.
- Сливка! - взвизгнула Наиля.
Тут же выкарабкалась и, роняя на ходу тапочки с помпонами, бегом понеслась в кухню. А он откинулся на спинку дивана, прикрывая глаза и слушая возмущенные вопли. Слушал, а губы сами расползались в улыбке.
- Сливка! Чудовище ты этакое! Сколько раз я тебе говорила, нельзя тырить еду со стола!
Похоже, ей все-таки удалось изловить кошку, потому что теперь слышалось протестующее мяуканье. Он рывком поднялся и пошел к ним.
- Дай сюда эту помоечницу, - сказал грозно. - Я сам ее искупаю, а ты займись ужином.
И отпустил капельку силы. Кошка тут же притихла и подозрительно на него уставилась. А глаза уж слишком умные и знающие.
""Кто же ты, комок шерсти?"" - подумал Саха, забирая ее у Наили из рук.
- Мяу! - возмущенно выдала кошка и с той самой минуты пыталась его игнорировать.
Но сложно игнорировать того, кто запихивает тебя в ванну и зачинает намыливать. Когда экзекуция закончилась, Сливка, закутанная в полотенце, мелко тряслась и поглядывала на него исподлобья.
- В следующий раз будешь сидеть дома, - ткнул он в нее пальцем.
Кошка смерила его недовольным взглядом, отвернулась и стала вылизываться.
Сейчас любое механическое действие давало ему время, чтобы упорядочить чувства и мысли. Вытравить яд неуверенности и сомнений. Отбросить все.
""Твоей она будет, после того как ты пройдешь с ней обряд"".
Ведь это уже было в их жизни - не пошел обряд. И побороть иррациональный страх потерять ее не получалось. Чувство, как будто с сердца содрали кожу и насыпали соли.
Он должен найти способ. Придумать, как защитить самое дорогое. И если для этого придется перевернуть весь асурский архив, он сделает это. В лепешку расшибется, если нужно.
- Саха... - Наиля подошла так тихо, что он не заметил.
Тревога в ее голосе резанула по нервам. Он обернулся к ней:
- Что?
Наверное, слишком резко, она смешалась. Но все же сказала:
- Слушай, мы не можем посмотреть, как там мой магазин? А то у меня странное предчувствие.
- Да, - кивнул он. - Конечно.
- Ммм! - поцеловала его и убежала.
А он замер на мгновение. Откинул назад голову и закрыл глаза, чувствуя, как жар снова начинает растекаться в крови. Потом медленно выдохнул и пошел за ней следом.
Наиля возилась с пластиковыми судочками, перекладывала в них ужин. Такая... деловая. Волосы растрепались, маленькое ушко вылезло из прически, а отдельные пряди лезли в рот.