В тишине старинного кабинета скрывается напряжение и загадка: Наиле не хватает духу встретиться лицом к лицу с главой Черных Рода, пока она все еще в себе упирается. Только теперь его имя — ДалгетХан Умранов — привлекло ее внимание как тень, плывущая по бездонному озеру молчания....
Теперь он уже смотрел прямо на нее, и под его взглядом она снова почувствовала себя букашкой. Совсем как когда-то.
Ну уж нет. С этим покончено.
Они как раз почти поравнялись, Наиля не стала опускать взгляд, а, проходя мимо него, кивнула:
- Здравствуйте, Саха Мехидарович.
У самой внутри все тряслось, зато спину она держала ровно. Прежнего больше нет, и больше она никогда не будет безмозглой маленькой идиоткой, готовой босиком бежать на край света ради одной его улыбки. Прожито, узнано, забыто.
- А откуда ты его знаешь? - прошипела Венера, одновременно косясь восхищенным взглядом на Саху и улыбаясь ему во весь рот.
Сейчас главное было не потерять настрой.
- Ну, я же рассказывала, помнишь, - сказала она просто. - Я двоюродная сестра бывшей невесты ДалгетХана Мехидаровича. Вот на его свадьбе и познакомились. Случайно вышло.
- Умммм, - удивленно протянула та.
И тут Наиля явственно услышала, как он хмыкнул. Так нарочито громко, презрительно, еще и руки скрестил на груди. В этом было столько его фирменного ""плевать я на тебя хотел"", что у нее горячий ком злости подкатил к горлу.
- Ты знаешь, я тут подумала. Да, я пойду на вечеринку.
Разговор с братом здорово подействовал на Саху. А то, что Далгет знал и не сказал, вывело его из себя. Фраза эта:
""Зачем? Чтобы ты заявился и превратил ее жизнь в кошмар?""
Вообще задела его за живое. Так и зудело снова вызвать брата и высказать ему. Но, несмотря на то, что его буквально раздирало от противоречий, Саха выдержал характер.
И потому он побывал сначала у главы Синих. Имел с Ильясом плодотворную беседу, в ходе которой они многое обсудили. И только потом отправился в клан."
"В резиденции главы Черных Нагов, у Сахи был собственный блок апартаментов. Впрочем, в его личном владении был не один собственный особняк. Но именно это место воспринималось домом.
Дома не задержался и лишней минуты, даже есть не стал.
