В крохотной квартирке с потрескавшейся обоями и тусклым светом из одной-единственной лампочки, Элька пытается понять, что случилось. Падение с лестницы – вот то невероятное событие, которое сотворило в ней дыру между реальностью и мечтами. Теперь она только что вернулась из мира сновидений в мир живых будней....
Я пожала плечами. На следующем, так на следующем, ему виднее.
– Винс, у меня еды нет для Славика, нам бы на постоялый двор заехать, – произнесла, баюкая на руках малыша, ведь он пережил стресса за сегодняшний день не меньше моего."
"Винсент переместился ближе и встал ровно напротив меня, заглядывая в моё лицо. Удивление в его огромных голубых глазах было написано столь явно, что я обязательно бы его подколола, будь у меня на это силы.
– Не понял, – честно признался донтриец, – а ты разве не молоком его кормишь?
– Нет, кашей, – от усталости я опустилась вместе с притихшим малышом на землю.
Моё порванное платье сейчас больше напоминало половую тряпку, чем приличное одеяние, а потому я со спокойно душой села прямо на торчащие из земли кривые корни дерева.
Князь нахмурился, но если честно, мне уже было плевать на то, что он подумает. Я страшно устала, хотела есть и спать. Малыш уснул у меня на руках голодным и чуть похныкивал во сне.
– И я точно знаю, что ты не беременна, – пробормотал Винсент озадаченно. – У нас, донтрийцев, магия с природой связана, мы такие вещи за версту чувствуем.
У меня даже сил не было что-либо отвечать. Хотя приятно, конечно, когда не начинают тут же обвинять тебя в том, что за последний месяц ты переспала с полусотней мужиков. В этом Винсент отличается от Кристиана в выгодную сторону. И почему я вновь думаю о Кристиане? Я помотала головой.
– Не беременна, – подтвердила очевидное.
– Но ты смогла перевязать ногу моему иррису! Не кормишь и не беременна?! – неверующий, а затем обрадованный взгляд от догадки, почему иррис меня не тронул. – Но ты сказала, что у тебя была семья, я подумал, что твой собственный ребёнок умер, и поэтому ты нанялась кормилицей…
– Да, у меня была семья, – я перебила блондина. – Но теперь её больше нет. Это всё очень сложно, Винс, поверь, я как-нибудь попробую объяснить тебе… честное слово! Просто, давай не сейчас?
Винсент явно собирался сказать что-то ещё, но тут его кто-то окрикнул из леса.
– Винс!!! – донёсся громкий мужской голос из-за деревьев, как мне показалось, с нотками бешенства.
Так получилось, что неизвестный приближался ровно с противоположной стороны толстого старого дерева, от которой сидела я.
– Вал? – я увидела, как Винсент шагнул от дерева вглубь леса.
