Месяц после выписки из больницы показался еще чересчур длинным. Как можно было быть безропотно наслаждаться благами положения при дворе, когда за собственное спокойствие готовы были убивать и тех, кто встает на их пути? Воспоминания о поведении ректора стали лишь подтверждением: он не был таким холодным смертником. Теперь девушке предстояло решить: будет ли она верной слугой или отважно защищать свои чувства и свободу?...
Она попросила провести ее к вам в комнату, чтобы оставить послание, сообщила, что это большой сюрприз, который вас порадует. Говорила так искренне, что я не усомнилась. Сначала предложила самой передать конверт, та отказалась, сказала, что чужим его в руки лучше не брать. Вас в комнате не оказалось, а девчонке вдруг стало плохо. Пока я бегала за водой, она исчезла. Конверта тоже не увидела. Мне стало стыдно. Хотела сразу вам рассказать, но меня отвлекли, и я забыла. А сейчас, когда вы заговорили о ставках, вспомнила тот случай.
– Тебя только ставки подтолкнули к откровению? – Лефи, прищурившись, смотрел на подругу.
– Не только. Сегодня заметила у одного из студентов тетрадь Иллианиты. Они у нее запоминающиеся, с вензелями на обложке. Сразу вспомнила ту девицу. А когда ты сказал о пари, сложила два и два, картинка и проявилась.
– Так вот почему больше половины поставили против Ильки, – выдохнула Райэра. – Галь, а ты на кого поставила?
– Глупый вопрос, я друзей не предаю, – буркнула некромантка с обидой.
Райэра открыла рот, собираясь что-то сказать, но замолчала. Да, я бы тоже съязвила: «Друзей не предаю, просто иногда подставляю». Но вслух не произнесла, прекрасно понимая: она не со зла.
– Галь, а ты помнишь студентку, которая приходила в нашу комнату? – Ведь по девчонке можно узнать, кто нацелился на наше творение.
– Увы, до этого момента казалось, что я не только ее помню, но и знаю, а сейчас пытаюсь, и… словно пелена перед глазами, – удивленно хлопая глазами, ответила иномирянка.
– Отвод глаз, – со знанием дела пояснил Лефи.
Галя совсем сникла. На ее месте любой бы опешил от напора, с которым перли напролом, чтобы добраться до тетради. Верящая в чужое благородство, у нее и мысли не возникло о подставе.
– А знаете, мне даже интересно, что из этого получится, – оскалился Ксьер. – Уверен, на твое изобретение найдутся еще претенденты."
"– Не на мое, а на наше. И меня волнует только то, смогут ли они довести до ума наш эксперимент. В прошлый раз многие прониклись опытом Горитора, сейчас наверняка проверят, что собираются продемонстрировать.
– Мне тоже интересно, но уже поздно что-то менять или отказываться от заявки. Через три дня узнаем, и кто украл тетрадь, и что из этого вышло, – заметил напарник, залихватски подмигнув.
– Вряд ли кто-то еще способен повторить идею, за которую взялись вы.
