Месяц после выписки из больницы показался еще чересчур длинным. Как можно было быть безропотно наслаждаться благами положения при дворе, когда за собственное спокойствие готовы были убивать и тех, кто встает на их пути? Воспоминания о поведении ректора стали лишь подтверждением: он не был таким холодным смертником. Теперь девушке предстояло решить: будет ли она верной слугой или отважно защищать свои чувства и свободу?...
Никто не пожелал оставлять тебя одну, и ужин мы попросили принести сюда.
Я кивнула. Пошевелилась.
– Помоги встать, надо размяться, совсем не чувствую своего тела. – Даже руку приподнять получалось с трудом.
– Не рановато? Может, еще немного полежишь? – предложил друг.
Решительно мотнула головой – движение отдалось болью в висках, стон вырвался непроизвольно.
– Нет, надо встать, не могу я лежать, хочется ощутить собственное тело, – произнесла со всей решительностью, на какую была в данный момент способна.
Ксьер бережно поднял меня, поставил на ноги, и я повисла на нем, сама стоять не могла.
Надо отдать ребятам должное, никто не задал идиотского вопроса о моем самочувствии. Думаю, и так было ясно. Желудок заурчал, Галина усмехнулась:
– Болезнь болезнью, а обед по расписанию.
Руки тряслись как у заправского алкоголика, но я съела все, что было на подносе.
– Странно, в первый раз мне не было так плохо, а тут будто переломали несколько раз, а потом неудачно склеили.
– Оборотница всего лишь открыла каналы, не избавляя от черного заклятия, это ей не под силу, – заметил Ксьер.
Я снова пытливо глянула на друга. Его осведомленность наталкивала на очередные вопросы.
– Думаешь, боль из-за оттока той гадости, что во мне? – спросила, внутренне настраиваясь на повторное посещение комнаты медитаций.
– Да, но мне кажется, что по мере выхода темноты станет чуть легче."
"Весь вечер я приходила в себя в компании друзей, мы обсуждали завтрашнюю практику. У Райэры и Галины глаза горели от предвкушения – еще бы, оказаться внутри корпорации, о которой слагали легенды. Я сомневалась, что нам доверят серьезное дело, но посмотреть на работу артефакторов была не против.
Разошлись далеко за полночь.
– Хорошо выглядишь, даже румянец вернулся, – муркнула Айша с другой стороны кровати.
– Чувствую себя так же. Пойдешь со мной?
– Конечно, я от тебя ни на шаг не отойду, не нравится мне здешняя атмосфера, – заявила пантера и зевнула.
