Автор
В глухой придорожной темноте Арина медленно раздевается перед начальством, чувствуя внезапную возбужденность. Кровь бурчит в жилах, а дыхание замедляется, когда она осознает, что ожидает нечто еще более необычное и страшно-приятное.
— В чем дело?
— За твоей спиной, — сдавленно просипел друг. — Кто это?!
Я обернулся. На ступеньках лестницы стояла Арина. В сорочке и халатике. Самые роскошные сиськи в мире были обтянуты атласом сорочки. Соски торчали дерзко. Я сглотнул слюну. Старпом на нижней палубе снова рвался в бой, мгновенно стартанув концом вверх. Под моим взглядом Арина медленно запахнула халатик и завязала узел.
Друг простонал едва слышно:
— Верни, как было! Грех такие титьки прятать!
Он смотрел не отрываясь, даже рот приоткрыл и забыл придать своему лицу осмысленное выражение.
"Я снова посмотрел на Арину. Светлые локоны струились по плечам, а халатик… Черт побери, почему я купил ей такой короткий халатик? Выше колена! Видны тонкие щиколотки, аппетитные икры и часть женских бедер. Сочные, приятно было держать ее ножки на своих плечах. Мягко звучало шлепанье босых ног по ступенькам.
Арина спускалась. Стояк крепчал еще сильнее по мере ее приближения.
— Кто такая? Не отвечай! — шепнул друг, облизнувшись. — Мой член уже влюблен. Она идеальная. Богиня… Где нашел? Ты ее трахал?? Плевать, даже если ты ее на члене вертел!
— Чего?
— Того. Я о твоих семейных проблемах в курсе. Ты в них увязнешь, ни к чему тащить за собой красотку! Мне такая баба в самый раз… — залихватски похвастался друг. — Отобью у тебя любовницу! — выдал скороговоркой и встал.
— Сел. Живо!
— Не забывай, что у меня есть козыри в рукаве! — нагло ухмыльнулся друг. — И я собираюсь их использовать.
Сказать, что я прихуел от заявления лучшего, блять, друга, значит, ничего не сказать! Да как он посмел такое бзднуть?! Бессмертный, что ли?!
— Ты куда пялишься, кретин?! — спросил у Якуба.
Друг словно меня не слышал! Вскочив с кресла, бугай приосанился и плечи расправил. Два метра роста и более ста килограмм бугрящихся мышц! Взгляд абсолютно лишен всякого смысла.
Его прихорашивания и совершенно кретинский вид разозлили меня еще больше. Я резко дернул друга за ворот рубахи. Ткань затрещала. Якуб дернулся назад и остался без воротника.
— Совсем берега попутал? — спросил у него злым голосом и щедро отвесил под дых кулаком.
Друг мгновенно озверел и пыхнул на меня злым паром. Точь-в-точь, как взбесившийся буйвол! Допустим, он огромный шкаф.
