Мирабелла Вествик становится студенткой факультета ведовства. Её тихая атмосфера сменяется ожесточённой борьбой и чародейством, когда она знакомится со стражами закона — ведьминскими ректорами. Попав в мир магии и заговоров, студентка готова покорить вершины знаний или стать легендой, но лишь найдя баланс между правилами и собственным сознанием....
Мира, он всё ещё подозреваемый!
Когда массивные двери закрылись, обозначив, что все собрались, в зале повисла гнетущая тишина. Адепты не понимали, зачем их собрали всех вместе на второй день учёбы, но не могли не ощутить, что случилось что-то страшное.
– Адепты академии “Навилетт!” – объявил Виридиан, и все взгляды устремились к нему. Ему не нужны были никакие магические усилители, чтобы все слышали его голос. – Сегодня ночью трагически оборвалась жизнь первокурсницы с ведовского фалькультета.
Толпа отреагировала не сразу.
– Что? – прошептала Дейзи, прикрывая рот рукой. – Твоя одногруппница?
Я мрачно кивнула.
– Я не имею права скрывать от вас важную подробность, – продолжил Данталион. – Аврора Грант не просто погибла. Она была убита.
Шепотки стали громче, страх и непонимание сгущалось.
– Мы, ваши преподаватели, подвели вас, – отчеканил он таким тоном, будто подвели как раз мы все лично его. – И допустили страшное, чего не случалось в академии уже больше десяти лет. Но я клянусь вам! – он шагнул в сторону ступеньки и спустился к нам. – Убийца будет пойман. И для этого нам понадобится ваше содействие.
Все замерли, заинтригованно глядя на ректора, что шёл между рядами адептов, вглядываясь в каждое лицо. Мощная, пульсирующая злостью аура дракона накрыла нас, словно защитный колпак.
– Вы все уже не дети, – говорил он. – Здесь нет никого младше двадцати. Посему я надеюсь на вашу ответственность. Помогите нам: не подставляйтесь убийце. С этой минуты в “Навилетт” действуют новые правила. До момента поимки преступника адептам запрещается покидать комнаты после восьми вечера и до семи утра.
Он остановился прямо напротив меня.
Я несколько секунд вдумчиво пялилась на его ботинки, а затем подняла голову, попав в плен изумрудных глаз.
– Запрещается вести самостоятельное расследование, – объявил ректор. Вроде как для всех, но в этот момент мы оба прекрасно понимали: это послание адресовалось лично мне.
