Мирабелла Вествик становится студенткой факультета ведовства. Её тихая атмосфера сменяется ожесточённой борьбой и чародейством, когда она знакомится со стражами закона — ведьминскими ректорами. Попав в мир магии и заговоров, студентка готова покорить вершины знаний или стать легендой, но лишь найдя баланс между правилами и собственным сознанием....
Ну не выгонят же меня из-за такой мелочи?
Вот потому фамильяр и остался отбывать наказание под бдительным взглядом Сэнди! Не хватало ещё, чтобы из кабинета ректора что-то утащил… Он был прекрасно знаком с этим местом, так что мог узреть знакомую вещь – и поминай как звали артефакт, а вместе с ним – учёбу Миры в “Навилетте”.
Собрав волю в кулак, я постучала. Внутри двери раздались странные щелчки, после чего она сама собой отворилась. Я робко зашла внутрь, и подлая дверь тут же захлопнулась, отрезав пути к спасению.
"Но я была не из трусливых. Выпрямив спину, я прошла вперёд, с любопытством разглядывая висящие на стенах портреты предыдущих ректоров. Хах, и правда, некоторые из них могли участвовать в соревновании на самую длинную бороду. Приз зрительских симпатий наверняка получил бы вот тот, что заплёл её в десятки косичек с золотыми кольцами…
Но были и другие. Надменно и властно смотрели с портретов драконы, хитро, будто знали что-то, недоступное другим – ведьмы. Возле портрета одной из них я и замерла, раскрыв рот.
“Изабелла Зирафель”.
Её рыжие волосы, совсем как у меня, лежали на плечах затейливыми волнами. Бархатная остроконечная шляпа бросала тень на молодое лицо, но глаза выдавали мудрость и опыт. А полуулыбка так и говорила: “У меня есть тайна”.
Мне бы разгадать эту тайну! Я протянула руку, касаясь резной рамы.
Куда же ты пропала, мама…
– Так значит, это правда, – услышала я низкий голос за спиной.
Одёрнув руку, я повернулась, пристыженно и ошарашенно глядя на появившегося из ниоткуда дракона, что пару часов назад пытал Зефира.
– Так значит, это правда, – повторила я, нарочно отворачиваясь к портрету. – Вы пришли жаловаться ректору на Зефира! Как достойно дракона портить жизнь дру… Уууу!
В момент моей пламенной речи мой взгляд упал на следующий портрет, на котором во всём великолепии был изображён мой собеседник. Смоляные волосы, холод и сталь в зелёных глазах и подпись: “Виридиан Данталион”.
– Да ну нет! – простонала я, осознавая страшное.
– Если вы о моём положении в стенах этого учреждения, то спешу вас расстроить: да ну да, – ехидно отозвался дракон.
Святая Ехидна! Седьмой сын божественного дракона-императора, один из самых знаменитых магов на континенте, ещё и ректор академии – и по совместительству тот, с кем я умудрилась погавкаться в первые же часы пребывания здесь.
