Автор
Мама наклоняется над дочкой, поправляя бантик на ее голове. Тоня требовательно тянется за рукав матери, жалуясь на отсутствие папы. В это время их племянница Антонина оглашает соседнее окно: сегодня Света празднует седьмой день рождения и переходит в первый класс. Мама и муж зовутся детьми, они вместе ждут праздника, но не видят другого родителя - ведь он пропал несколько месяцев назад....
– Еще скажите, что чисто случайно купили себе билет рядом со мной, – снова говорю я шепотом, а у самой всё горит внутри от возмущения и его вранья.
Мои глаза привыкают к полутьме, поэтому я прекрасно вижу его лукавые глаза и дергающийся уголок губ.
– И скажу, Дина, – пожимает он плечами. – В кассе оставался последний билет, я его и ухватил. Кто же знал, что по случайному стечению обстоятельств наши места окажутся рядом.
– Хватит врать! Мы узнавали, билеты уже давно раскуплены.
Я ни капли не лукавлю. Маша, как узнала про Большой, хотела и Кешу приобщить, но нам не удалось достать ни один билет, а брать у перекупщиков оказалось слишком дорого.
– Перекупил билет у друга.
Герасим не теряется и отвечает довольно быстро. Врет, не моргнув и глазом.
– Вы только что сказали, что взяли билет в кассе, а теперь, что у друга. Вы уж определитесь!
– Тише вы! Не одни тут находитесь.
Хочется поправить, что этот мужлан мне не муж и даже не друг, но я понимаю, что это будет лишнее.
– Простите, – вместо этого сконфуженно отвечаю я и злобно зыркаю на Герасима, который вальяжно откидывается на спинку кресла и сосредоточенно смотрит на сцену.
Мне ничего другого, как последовать его примеру, не остается, но я всё время сижу как на иголках, не в силах отвлечься от его присутствия.
Когда наступает антракт, я подхватываю ничего не подозревающую Машу под руку и вывожу ее из зала, а оказавшись в буфете мы берем чай.
– Что такое, Дин? Ты вся вспотела аж. Неужели не понравился спектакль?
– Что? Нет, всё красиво, просто мне совсем не до сцены, – отвечаю я, делая большой глоток из бокала. Никак не могу успокоиться, хотя прошло уже довольно много времени.
– А что такое?
Маша хмурится, не понимая, в чем дело, а я вдруг вспоминаю, что если она сильно увлечена, то ничего больше вокруг не слышит и не видит.
– Этот Карамзин схитрил!
– Кто это?
– Герасим это, друг Кеши. Он сидел рядом со мной!
Я сжимаю ладони в кулаки и чувствую, как из ушей валит пар. Маша и слова сказать не успевает, как вдруг удивленно смотрит мне на спину.
