В Varя затаила дыхание — Арина уже ложится спать, но Варя все еще крадучись перебирает бумажные пакеты с магазина детских товаров. И только когда Арина просыпается от шума, она чувствует облегчение и радость, заключенную в этих тонких посланцах детьми и родителями. Варя знает, что это — начало нового дня с новыми надеждами на семейные вечера и новые воспоминания о спящем мире вокруг них....
"
"У него не прошло!!!
У него не прошло, черт возьми! Он не смог забыть!
Все баррикады, все стены пали, и нам обоим еще больно ходить по руинам, но мы идем навстречу друг другу! Прячемся за страхом еще больших обид, ранимся, делая шаг назад, но все равно не можем сопротивляться притяжению!
С трудом уложив мальчишек на дневной сон, я выхожу из детской и тихо прикрываю дверь. Планирую заняться вычиткой главы для журнала, но не успеваю даже запустить ноутбук, как на телефон падает сообщение от Юли.
«Ты дома? Могу заехать?»
Мне странно, потому что все свои визиты она обговаривает заранее.
«Дома. Приезжай, конечно» – пишу я.
«Дети спят?»
Ох, ну точно у нее важный разговор. Мои нервы вытягиваются в струны.
«Спят»
Тетка заявляется так быстро, словно писала мне сообщения, стоя под окнами дома. Заходит в прихожую, заполняя ее ароматом своих духов и запахом той жизни, от которой я все еще пытаюсь убежать.
– Привет, – выдыхает, привычно расцеловывая, не касаясь моих щек.
– Привет, проходи.
Выглядит, несмотря на макияж и укладку, неважно. Лоб напряжен, а в глазах какая-то странная пустота.
Поставив брендовую сумку на комод, небрежно скидывает туфли и проходит мимо меня сразу на кухню.
– Может, чаю попьем? Я сегодня даже не завтракала.
– Конечно, – говорю, направляясь к столу, – Обедать будешь?
– Надо бы… – вытягивает шею, пытаясь увидеть, что у меня на плите.
– Я плов готовила.
– Давай плов. Сто лет не ела углеводов.
Я наполняю для нее тарелку и ставлю ее в микроволновку. Включаю чайник и достаю заварку.
– Что-то случилось?
– Пфф… – выдыхает через стиснутые зубы и делает глубокий вдох, – Угадай, что я сейчас сделала.
– Что? – оборачиваюсь через плечо.
Юля сидит на стуле, сложив локти на столе и смотрит на меня уставшим взглядом.
– Отправила «Яблоки в меду» в Питер.
– Серьезно?.. – не удерживаюсь от возгласа, – Мари заставила тебя отдать их?
– Она не говорила это прямо, Варя. Она вообще почти не разговаривала со мной в последнее время.
– Интервью?..
– Да. Она отвечала на вопросы журналистов на выставке западников в Москве, – брезгливо кривится.
– Я не видела.
– И знаешь, что она ответила, когда ее спросили, не жалеет ли она, что в ее коллекции больше нет этой картины?
– Что?..
В моем животе создается вакуум, потому что я понимаю, что ко всем неприятностям тетки я имею самое прямое отношение.
