Автор
В Разрушенном Дворце, словно таинственный эпизод из мрачной истории, каждый вопрос и ответ создает новую черту в загадочной сюжете. Здесь воздух наполнен непредсказуемостью: от скрытых предательств до шокирующих свершений. Атмосфера пылесофа убийства, где каждое движение затаивает дыхание читателя в ожидании следующего поворота событий....
– Итак, чем сегодня займемся? – наконец спрашивает он.
Я тереблю полоску ремня.
– Разве ты ничего не запланировал?
«Зачем было вообще забирать меня из школы?» – хочется закричать мне.
– Думал оставить это тебе. Дамы выбирают.
Тогда эта дама выбирает вернуться обратно в класс.
Но мне приходится напомнить себе, что, избегая Стива, я не избавлюсь от своего страха перед ним. Так не пора ли уже встретиться с этой проблемой лицом к лицу?
– Может, поедем на пирс? – предлагаю я первое, что приходит в голову.
Сейчас ноябрь, и сидеть на улице будет слишком холодно, но вдруг мы просто прогуляемся или типа того.
– Очень хорошая идея.
Стив заводит мотор, и вся машина начинает вибрировать от заложенной в ней мощности.
Когда он проезжает через огромные ворота школы, мой взгляд тут же устремляется вправо – туда, где находится «Френч-Твист». И я сразу же ощущаю сковавшее меня напряжение, со злостью вспоминая о том, что он наделал.
– Зачем ты сделал так, чтобы меня уволили с работы? – вырывается у меня.
Он бросает на меня удивленный взгляд.
– Ты расстроилась?
– Да, я расстроилась. – Я скрещиваю руки на груди. – Мне нравилась эта работа.
Стив несколько раз моргает, как будто не понимает меня. Может, мне стоит повторить это на другом языке? Но он уже выпадает из своего транса.
– Вот черт. Я решил, что это Каллум заставил тебя найти работу. – Стив огорченно качает головой. – Порой он творит странные вещи, чтобы заставить своих детишек быть более ответственными.
– Я ничего такого не заметила, – натянуто отвечаю я, ощутив внезапное желание защитить Каллума.
– О, он все время угрожал мальчишкам военной академией.
Во мне вновь вспыхивает раздражение.
– Работа в пекарне и военная академия – совсем разные вещи.
– Элла, твои смены начинаются в пять утра. А тебе сколько? Шестнадцать? Уверен, ты бы предпочла поспать подольше.
– Мне семнадцать, и я привыкла работать, – резко отвечаю я, но тут же заставляю себя смягчить тон. Мама всегда говорила, что на мед можно поймать больше пчел, чем на уксус.
Мой голос становится совсем ангельским:
– Но сейчас, когда ты знаешь, как сильно мне нравится моя работа, может, вернешься к Люси и скажешь ей, что я могу и дальше у нее работать?
– Мой ответ «нет». – Он небрежно машет рукой. – Моя дочь не должна работать. Я могу позаботиться о тебе.
Стив жмет на педаль, и машина устремляется вперед.
