Автор
Бриджит смеется, отшептывая злобные ругательства, прерываемые хохотом. Ее смелый вызов к хозяину оживает волны желания и нежности, создавая изощренную атмосферу, где каждое движение взаимности - мгновенное разрушение границ.
Рис сжал мою грудь и провел большим пальцем по соску, играя с чувствительной областью, пока в животе не поднялась новая волна жара. Все это время он долбился в меня – его член медленно и неторопливо проскальзывал к точке, от которой перед глазами вспыхивали звезды.
– Рис, прошу.
– Чего ты хочешь, принцесса?
Он ущипнул меня за сосок, и я ахнула от неожиданной грубости.
Тебя. Навсегда.
Но этого я сказать не могла и тяжело выдохнула:
– Быстрее. Сильнее.
Он опустил голову, заменил руку ртом и принялся выкручивать и облизывать сосок, набирая вместе с тем темп.
Я чуть не вскрикнула от разочарования.
Быстрее. Медленнее. Быстрее. Медленнее.
Казалось, Рис интуитивно угадывал, в какую секунду я собираюсь кончить, и менял скорость, а я истекала соками и скулила. Наконец, спустя целую вечность, он застонал, вонзился в меня, и мы слились в мучительном поцелуе, пока он трахал меня так сильно, что диван со скрипом двигался по полу.
У меня перед глазами вспыхнул фейерверк. Я выгнулась, и он заглушил мой крик поцелуем, пока меня терзал опустошающий оргазм.
Рис кончил после меня, безмолвно задрожав, и мы упали друг другу в объятия, а наше тяжелое дыхание слилось воедино.
Мне нравился секс, но еще больше я любила тихие мгновения после.
– Еще."
"Я обвила его всеми конечностями, не готовая вырваться из нашего кокона. Еще немного времени.
– Ненасытная, – прошептал он, проводя кончиком носа по моей шее и вдоль линии подбородка.
Я улыбнулась, вспомнив о нашем дне в отеле. Последний по-настоящему счастливый совместный день, прежде чем все полетело к чертям.
– Тебе это нравится, – сказала я.
– Да, принцесса.
Мы провели следующий час вместе, покоряя заоблачные высоты и срываясь в пропасть.
Это было прекрасно, как и все наши тайные мгновения. Мы трахались, жестко и быстро – и занимались любовью, сладко и медленно. Мы притворялись, что это наша жизнь, а не просто мгновение, и я притворялась, что сердце по-прежнему бьется в груди, хотя осколки его лежали у ног.
– Другого пути нет, ваше высочество. – В глазах Элин промелькнуло сочувствие, но потом ее лицо снова ожесточилось. – Это необходимо.
– Нет. – Я покачала головой: отрицание глубоко вонзило в меня свои когти. – Слишком рано. Он в порядке. Врачи сказали…
– Врачи сказали, он поправится… на этот раз. Его величество второй раз за год попал в больницу. Мы не можем рисковать и ждать третьего.
