Автор
Да, дела могли быть гораздо хуже — как оказаться в безвыходной ситуации прямо под грозой, окруженная злобным медведем или привязанная в темном подвале с отвратительной песней. Но даже худшее из этих вариантов оказался несравненно лучше, чем стать свидетельницей чужого страшного романа — такой точно был бы настолько ужасным, что просто представить было невыносимо....
Кровь пошла быстрее. Я не смог отвести взгляда, когда второй человек снова поднял оружие и выстрелил.
Один выстрел. Этого оказалось достаточно."
"Пятнистик словно взбесился. Он налетел на мужчин, шипя и царапаясь. Один из них выругался и попытался его пнуть, но кот вовремя увернулся.
– Плюнь на проклятого кота, – выпалил второй. – Давай закончим дело и скорее свалим.
– Ненавижу животных, – с отвращением пробормотал первый. – Слушай, разве он не говорил про еще одного ребенка? Где мелкий засранец?
– Не здесь, – его партнер огляделся: его взгляд мазнул по камину и остановился на маленькой изящной нефритовой статуэтке на журнальном столике.
– Черт, а я никогда не был в лагере. Ты был? Я всегда хотел…
– Заткнись.
Они пошарились по гостиной, забрали самые ценные предметы и облапали своими грязными руками все наши вещи, а потом наконец ушли, и наступила тишина.
Было слышно только мое дыхание. Я ждал и ждал. Когда я убедился, что они не вернутся, я открыл тяжелую дверь, покраснев от усилий, и, пошатываясь, направился к телам в гостиной.
Мама. Папа. Нина.
Следовало вызвать полицию. Я знал, место преступления трогать нельзя, но это была моя семья. Мой последний шанс к ним прикоснуться.
Я так и сделал.
Мое дыхание замедлилось, разум очистился.
Я должен был чувствовать злость.
Чувствовать грусть.
Чувствовать хоть что-нибудь.
Но нет. Я вообще ничего не чувствовал.
Невидимые когти усилили хватку на моем горле.
Я мог мстить сколько угодно, но не мог изменить того факта, что их больше нет, а я есть. Я, самый чокнутый. Если в мире существует доказательство нездорового чувства юмора у Вселенной, то это оно.
– Мне пора, – сказал дядя, расправляя рукой галстук. – Надо встретиться со старым другом. Останешься на выходные?
Я моргнул, отгоняя воспоминания, и кивнул.
– Отлично. Поиграем в шахматы, когда я вернусь?
Мой дядя был единственным человеком, способным противостоять мне в шахматах.
– Конечно, – я погладил большим пальцем рану на руке. – Жду с нетерпением.
* * *После ухода дяди я провел целый час в домашнем спортзале, пытаясь избавиться от тревоги, но что-то не давало мне покоя.
Сказанная Иваном фраза.
Я генеральный директор, у нее не было особого выбора.
