Автор
В клубе «Рай» происходит загадочное убийство. Василий Вишневский пытается прикрыть свою невесту и избавиться от подозрений, связанных с таинственным исчезновением бизнес-партнера. Столкнувшись с подростком, который оказывается ключевым свидетелем в деле, Вишневский вынужден изменить планы и расследовать убийство самостоятельно, внедряясь в клубные тайны и криминальную сеть....
Не зная, как собрать свои размякшие кости и мышцы. И мозги.
Из коматоза меня вывел заглохший двигатель. Водитель вышел из машины, и я вздрогнула от хлопка двери и холода, окатившего разгорячённую кожу.
Мы приехали. Вернулись в «Рай».
Сквозь тонированное стекло видела сверкающее здание, готовое в любое время впустить в свои чертоги гостей. И исполнить за их деньги любое, даже самое грязное желание.
Нет.
Хозяин «Рая» совсем не простой человек. Разбирается в грехах не хуже Люцифера. И меня искушает, подавляет волю.
Но я обязательно узнаю правду. И если Соломон не солгал, уничтожу Хозяина.
– И на что будут похожи наши отношения? – отстраняюсь, чтобы заглянуть в почерневшие глаза.
В них горит желание, такое мощное, что способно спалить всё дотла.
– Что скажут твои люди, когда узнают, что их сюзерен якшается с посудомойкой?
– Якшается? – переспрашивает, забавляясь выбранным мной определением.
Улыбается. Действительно улыбается. И я вижу прямой ряд белоснежных зубов. Не сидела бы на нём, мои коленки превратились бы в вату от столь захватывающего зрелища. Мамочки. Нельзя быть до такой степени убийственно красивым. Вероятно, он скрывает свои улыбки, чтобы не стать жертвой поклонниц-сталкерш.
Встряхиваю головой, пробуя избавиться от наваждения и включить мозг. Отвожу от него глаза, хотя мне до ужаса нравится то, как он сейчас смотрит на меня. Будто лаская. И оттого внутри расплывается тепло. Как от горячего напитка в студёную погоду.
Я не сомневалась, что он вновь проведёт меня в свои апартаменты окольными путями. Да и не особо меня это заботило. Ведь наш разговор – простой трёп. Моя цель – узнать правду.
Хоть в голове сейчас мякиш, но я отдавала отчёт тому, что я для него временное, экзотическое развлечение.
– Таскаешься, путаешься, шароёбишься? – подкидываю ему ещё парочку вариантов.
Шамиль вздыхает, закатывая глаза, и принимается приводить мою одежду в порядок. Натягивая платье на зад, оставляя мою плоть пульсировать от неудовлетворённого, напоминающего о себе при каждом движении желания.
Сукин сын, он сделал это намеренно.
