О чём книга «Разум чудовища»
Игра на грани осознания продолжается: безмолвие окутывает дом, тени притягивают к себе внимании. А потом, когда он впадает во сны, лишь глупость позволяет ему верить, что ночные гости уже ушли.

Игра на грани осознания продолжается: безмолвие окутывает дом, тени притягивают к себе внимании. А потом, когда он впадает во сны, лишь глупость позволяет ему верить, что ночные гости уже ушли.
Родился! Джей от радости набрался до зеленых чертиков, но Хортон его простил.
Помню, как один хмырь намеревался соблазнить Лою, когда Роник находился в полете. Сволочные испытания. Там шансов вернуться было пятьдесят на пятьдесят, а то и хуже. И вот, нашелся гад, что «подкатил» к жене первого пилота. Я сам бил морду этому подонку. Меня хотели отдать под суд – говорили, сломал ребра…
Ну и черт с ним! Зато потом Роник вернулся, посадил корабль. Ты не видел? Ему аплодировали все, даже Хортон! А чуть позже мы втроем – я, Джей и Лоя – сидели в этом баре.
– Дэн…
– Да пошло все в задницу, мистер Джонни! Я помню, как бредил этим полетом Ринато, как он прыгал и светился от счастья, когда из правительства Объединенной Европы пришло утверждение основного тест-экипажа «Безупречного».
– Давай еще по одной. За ребят.
– Разливай, Джон. Я не смогу, – Даниэль спрятал лицо в ладонях.
– У тебя дрожат пальцы, Викорски, – отметил Хеллард.
– Голос, мне не дает покоя. Голос.
– Голос?! – хмель мгновенно испарился из головы эксперта-аналитика. – Какой голос?
– Да хрен его разберет… – пьяно махнул рукой Викорски. – Талдычит одно и то же.
– Что именно? Что именно, Дэн?! – теперь Джон был собран и готов к работе, как стальная пружина на боевом взводе.
Викорски плохо соображал. Хеллард резко встряхнул собутыльника, надеясь привести его в чувство.
– Что говорит голос?!
Викорски пытался закрываться руками, но эксперт-аналитик оставался безжалостен.
– Погоди! Сейчас, погоди. Что-то такое. Вот задница! Сейчас… Вот! «Его убить было труднее… Первый раз все верили в случайность…» И снова – «Его убить было труднее».