И пусть сейчас он и рисковал своей жизнью, но это ничего не стоило по сравнению с тем ощущением радости и победы, что он почувствует, как только с его рук слетят эти цепи. Как только это случится, уже никто не сможет его остановить.
— Ты умрешь завтра, — прорычал Один. — Но, если то, что ты сказал окажется правдой, твоя смерть будет самой жестокой, из всех, что когда-либо вообразить себе люди. Такой же, какой была вся твоя жизнь.
Не дожидаясь пока Дерек последует за ним, он вышел за дверь, с наслаждением вздыхая морозный воздух. Запрокинув голову, Один подставил лицо под крупные снежинки, которые не переставая падали на его плечи. Будто непогода отражала его внутреннее состояние.
В его груди клокотала буря.
Это не могло быть правдой. Ева не может быть Клэр. Не может. Его жена умерла, уже давно. Именно за ее смерть он мстил. Именно из-за нее он был так жесток к Еве.
Он должен все выяснить и как можно скорее. Пусть на ноге Евы и есть шрам, но это еще ничего не значит. Гаррик мог сказать что угодно, чтобы отсрочить свою казнь. Нужен кто-то еще, кто сможет подтвердить его слова.
— Почему именно сегодня вы решили поговорить с Гарриком о Еве? — не оборачиваясь к Дереку, спросил Один. Он слышал его шаги за своей спиной, когда тот приблизился к нему.
— Селия вчера увидела шрам у нее на ноге, — ответил Дерек, встав рядом.
— Я хочу, чтобы она посмотрела еще раз, — сдержано сказал Один, — Но, сначала я сам поговорю с Евой.
Он уже шел к входу в замок, как позади него раздался голос Дерека.
— Ты изнасиловал ее?
Один тяжело вздохнул, но заставил себя ответить.
— Моя она дочь или нет, я заберу ее. — прорычал Дерек, смерив его гневным взглядом, — Я не оставлю ее с тобой.
— Если она и правда Клэр, вы никогда не посмеете забрать ее. Она, моя жена, — яростно возразил Один, а затем направился в замок, оставив Дерека смотреть себе в след.
Громкий стук заставил Еву подскочить на ноги. Отшатнувшись, она испуганно уставилась на дверь, не понимая, показалось ей или нет. Дрожащей рукой, она провела по растрепанным волосам и тяжело выдохнула. Глаза все еще щипало от слез, а голова опять начала протяжно ныть.
Как же она смогла уснуть? Разве нормальным было спать тогда, когда она знала, что ее жизнь, это всего ошибка? На ее месте должна была быть другая девушка. Ева прижала руку к животу. Даже ее ребенок, должен был принадлежать другой. Если бы Клэр получила возможность выжить, то сейчас у них с Одином уже мог быть ребенок, и, наверное, даже не один.
Эта мысль больно кольнула в самое сердце. Очень больно.
Дверь снова задрожала от сильного удара. Прижав ладонь к губам, чтобы не закричать от страха, Ева начала отступать в сторону. Она не сомневалась, что знает, кто именно стоял по ту сторону двери.
От гневного рыка Одина, Ева отскочила еще дальше.