Лира не знала, что он затевает, но хорошо понимала, что бы он не задумал, теперь сделать это ему будет вдвойне сложнее, потому что она будет внимательно следить за ним.
И при первой попытке постарается поднять такой шум, что сбегутся все воины, и тогда ему будет совсем не сладко. Главное, чтобы Один появился вовремя, и смог спасти Еву.
Ночь наступила, но особого облегчения с собой не принесла. Напротив, тьма еще больше давила на Одина, будто требуя найти решение проблемы. Сегодня, он специально вызвался в дозор, хотя мог и не делать этого. Он рассчитывал, что бессонная ночь принесет ясность в его сознание, но, кажется, это оказалось ошибкой. С каждым мгновением его все сильнее тянуло в замок. Одину не нравился этот порыв, так же как и все остальное, что происходило с ним. Неужели он настолько слаб, что так просто поддастся на слезы и невинный вид? Этот вопрос раздражал Одина в невыносимой силой.
— Сегодня не твоя очередь, что ты здесь делаешь?
Тихий голос Джеймса прервал размышления Одина. Оглянувшись, он увидел, что друг уже преодолел лестницу. Обычно Один был более внимателен к окружающим. Что же случилось теперь? Невесело хмыкнув, он вновь отвернулся, чтобы взглянуть в темную даль. Любой другой воин был бы уже жестоко наказан за такое проявление неуважительного отношения к своему господину, но только не Джеймс. Для Одина этот человек был ближе, чем кто-либо другой на этой проклятой земле.
— Наверное, я должен был убить её. Ведь таков был план — его голос был абсолютно спокоен и равнодушен, когда он произносил эту фразу, зная, что Джеймс поймет о ком именно идет речь. Он повернулся к Джеймс, четко понимая, что должен сделать, — Я знаю, что могу быть честен с тобой, как с самим собой. Ева может стать моей слабостью. Но я не могу позволить этому случится.
Джеймс нахмурился. Он и не думал, что в жизни Одина может случится нечто подобное. Конечно, у любого мужчины были свои слабости, но только не у Одина. Женщины волновали его только в постели. Что происходило с ними дальше, Один никогда не хотел знать. Теперь же в его голосе слышались странные эмоции, которых он, Джеймс, не мог разгадать.
— Что ты собрался сделать Один? — натянуто спросил он.
— Завтра, я избавлюсь и от девки, и от этого ублюдка, — Один старался говорить спокойно и даже безразлично. — Мне придется отказаться от своего первоначального плана. Она больше не может находиться рядом со мной, даже в качестве рабыни. Ну, а что касается Гаррика, с ним и так все ясно.
— Что? Ты собираешься убить девчонку? — с изумлением в голосе спросил Джеймс, — Ты уверен, что это правильное решение? — не то, что бы ему было жаль Еву, но и такое решение пришлось ему не по душе.