Жестянка была тяжелой. В ней что-то звякало. Она и понятия не имела, как перезаряжают такие револьверы. Он совсем не был похож на те, из которых учила ее стрелять Энн Малхэни. Она все еще глазела на него, как идиотка, когда Малькольм вернулся.
Он взял револьвер — и вдруг разразился немыслимой бранью. Она и подумать не могла, что он способен употреблять подобные выражения.
— Ты не перезарядила его! У нее защипало под веками.
— Сначала ты откалываешь идиотский номер, затевая драку с этим уличным бродягой…
Гневный пыл Малькольма сменился ледяной холодностью.
— Я хотел отдать ему эти чертовы деньги! Бог ты мой, там было-то всего несколько пенсов! Ты чуть не угробила нас обоих, а мне пришлось идти на риск и стрелять в этого громилу…
— Ты даже не пытался убить его!
Если бы она таким тоном попробовала пререкаться со своим отцом, он бы изукрасил ей синяками половину физиономии. Малькольм не ударил ее. Вместо этого его голос вдруг стал таким же ледяным, как осклизлый камень, за которым она укрывалась.
— Мы не вправе стрелять во всякого, кто нам не понравится. Выйти живым из смертельной потасовки, не убив никого, — вот в чем состоит работа разведчика прошлого. Если бы Британские Врата открылись прямо сейчас и через них шагнул Кит, я бы сказал ему, чтобы он отправил тебя обратно в тот жалкий маленький городишко, в котором ты выросла. Дай мне эти чертовы патроны.
Дрожащей рукой она протянула ему жестянку. Малькольм выдернул шнурок, открыл выдвижную крышку и высыпал три патрона в ее ладонь.
— Ты зарядишь этот револьвер прямо сейчас. Потяни наверх этот рычажок.
Из-за жгучих слез у нее все расплывалось перед глазами, но она сумела отщелкнуть рычажок вверх. Вся верхняя часть револьвера откинулась вперед и вниз, открыв задний торец барабана. Три пустые гильзы и два нестреляных патрона чуть высунулись из гнезд. Ее пальцы дрожали, но она вытащила пустые гильзы и перезарядила свободные камеры. Затем снова защелкнула револьвер.
— Ты должна была знать, как это делать. Повтори свои уроки и…
Он не окончил фразы. Он и так уже разрушил ее последние надежды стать разведчицей. У нее вся грудь болела, так ей хотелось разрыдаться. Но она удержала внутри все, кроме жгучих слез горя, которые она не могла полностью остановить.
Малькольм снова проверил, пуста ли улица, оставив Марго скорчившейся за выщербленной надгробной плитой. Она соскользнула пониже в сухие стебли и попыталась проглотить комок в горле. «Я не сдамся. Никогда. Это нечестно!» Она всего лишь сделала то, чему научил ее Свен Бейли. Разве нет? «Знай, когда нужно остановиться», — учил ее Кит. «Я не сдамся! Не сейчас, когда я зашла так далеко!» Она сумеет вернуть расположение Малькольма. Она должна это сделать.