Марго попятилась, подняла руки, чтобы защититься от ударов, и провела боковой удар, отбросив его руки. Прежде чем он успел опомниться, она дважды ударила его по лицу, используя инерцию своего движения вперед. Когда он попятился, Марго толкнула его плечом в живот, отбросив назад. И тут она по-настоящему удивила Кита — не говоря уже о Малькольме. Она захватила под колено его выставленную вперед ногу и дернула ее вверх, продолжая толкать его плечом. Малькольм плюхнулся о мат спиной, издав противное «ух!».
Марго приземлилась меж его колен, пародируя то, как он сам обошелся с ней.
— Теперь твоя очередь! — она залепила ему пощечину и ударила в кадык.
— Гак! — Малькольм выпучил глаза.
Марго прыжком поднялась на ноги, злорадно улыбаясь, и сделала Киту самый настоящий реверанс. Зеваки по всему залу засмеялись, и некоторые зааплодировали. Марго снова сделала реверанс всем присутствующим, вызвав еще больше аплодисментов. Малькольм встал на четвереньки, закашлялся и просипел:
— Прекрати это, Кит. Мама всегда учила меня не драться с девчонками. Мама никогда не ошибалась.
Кит сумел в ответ на торжествующую улыбку Марго состроить гримасу скуки.
— Я думал, ты занималась тэквондо, — сухо заметил он. — Что это был за бросок, когда Малькольм упал во второй раз?
Марго улыбнулась еще шире:
— Ну, когда я первый год училась в старших классах, я занималась дзюдо, пока не выяснила, что учителя не собираются разрешать нам вот так кататься по полу с мальчиками.
— Не говори гадостей, девчонка, — мягко сказал он Марго лишь рассмеялась.
— Что теперь? — с вызовом спросила она.
Кит в глубине души признавал за ней право гордиться собой, но нахальство было опасно. Самое время показать ей, чего она на самом деле стоит. Он ступил на мат.
— Подожди секундочку, дай мне отсюда убраться.
Зеваки стали теснее собираться вокруг мата со всего зала. Кто-то протянул Малькольму стакан воды, который он тут же выпил. К насмешкам и подшучиваниям он отнесся на удивление спокойно, с улыбкой расшнуровывая перчатки, стаскивая шлем и растирая затылок.
Марго наблюдала за ним, сияя удовлетворением, которое согревало все ее тело. Это был час ее торжества, и она знала это. Она прочла завистливое уважение в глазах Малькольма и явный интерес к себе на лицах нескольких человек, аплодировавших ей.