Автор
Ольга Владимировна Склодовская сталкивается с неожиданными обстоятельствами, когда её жизнь меняется в конце учебного года. Неожиданная боль и медицинские процедуры выносят её из привычной рутины, открывая новые, сложные отношения и интриги.
Раздел Chitat.online для книги «Развлечения для очень взрослых девочек (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Ольга Владимировна Склодовская сталкивается с неожиданными обстоятельствами, когда её жизнь меняется в конце учебного года. Неожиданная боль и медицинские процедуры выносят её из привычной рутины, открывая новые, сложные отношения и интриги.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Ольга Владимировна Склодовская сталкивается с неожиданными обстоятельствами, когда её жизнь меняется в конце учебного года. Неожиданная боль и медицинские процедуры выносят её из привычной рутины, открывая новые, сложные отношения и интриги.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Потому что, как говаривал его учитель профессор Валеев: "В нашем деле действие и бездействие могут иметь последствия. А мелочей так и вовсе не бывает".
Кузьмин был женат на работе. Практически жил там.
Первая супруга подобного образа жизни не понимала, хотя они с ней учились на одном курсе в Первом меде.
Вера второй раз вышла замуж за шведа, с которым познакомилась на какой-то фарм-конференции. Увезда туда их дочь Катю. Теперь она активно подбивала клинья к бывшему мужу, чтобы сменить дочери фамилию. Катерине Свенсон, по её мнению, будет легче жить в Европе, чем Кате Кузьминой.
Александр сопротивлялся. И тянул время.
И вот теперь она. Ольга Владимировна Склодовская. Со своей историей. Которую и историей болезни не назовёшь. Анамнезом тоже язык не поворачивается.
И надо как-то запретить себе её. Потому что так правильно.
Следующая мысль пришла ясным лучом. Он должен продержаться десять дней её госпитализации. Вернее, уже семь, если не считать сегодняшний. А потом она перестанет быть его пациенткой.
Принятое решение всегда приносит моральное облегчение. Кузьмину сейчас хотелось закурить.
Он позволял себе сигареты крайне редко. Уже даже вытащил одну из пачки, припасенной в столе. Покрутил в пальцах. Потом подумал, что если сейчас выкурит её, то пальцы будут пахнуть табаком. А ему ещё УЗИ делать.
Черт! Вот и как выбросить Олю из головы? Если она всё время перед глазами. Она ведь Оля? Или её как-то по-другому называют? Хотя, как ещё?
Ещё полтора часа до обеда. Как же тянется этот проклятый день! Но деваться с "подводной лодки" некуда. Надо дотерпеть. Если не считать сегодняшний день, то ещё максимум неделю. Она выдержит. И не такое выдерживала.
— Склодовская, на УЗИ. В дальнее крыло, после лестницы второй кабинет. Александр Евгеньевич Вас ждёт, — дежурная медсестра, милая женщина средних лет, заглянула в палату, — Найдёте, Ольга Владимировна, или проводить?
Ноги не хотели идти. Мысль, что можно в конце концов написать заявление и уйти из больницы в любой момент, определённо грела душу. Правда тогда нужно будет выйти на работу. Уже завтра. А завтра пятница. Значит у неё все шесть уроков. Столько она пока просто не потянет.
Доползла до нужного кабинета. Теперь же надо войти. Лучше как-то изящно. Независимо. Она в конце концов взрослая серьёзная женщина. А не студентка какая-нибудь.
Естественно, изящно не вышло. Запнувшись, Лёля всем весом навалилось на дверь и ввалилась в кабинет, как пьяный матрос в кабак, стукнув дверью об стену. И конечно полетела бы носом, если бы не реакция Сергея Степченко.
Вытянутое лицо Вересовой и испуганные глаза Кузьмина Лёля увидела потом. Взгляд, брошенный Вересовой на заведующего тоже увидела. Как на добычу, которая вот-вот сорвётся. Неужели он у неё "на крючке"? Всё за долю секунды.
