Автор
Ольга Владимировна Склодовская сталкивается с неожиданными обстоятельствами, когда её жизнь меняется в конце учебного года. Неожиданная боль и медицинские процедуры выносят её из привычной рутины, открывая новые, сложные отношения и интриги.
Раздел Chitat.online для книги «Развлечения для очень взрослых девочек (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Ольга Владимировна Склодовская сталкивается с неожиданными обстоятельствами, когда её жизнь меняется в конце учебного года. Неожиданная боль и медицинские процедуры выносят её из привычной рутины, открывая новые, сложные отношения и интриги.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Ольга Владимировна Склодовская сталкивается с неожиданными обстоятельствами, когда её жизнь меняется в конце учебного года. Неожиданная боль и медицинские процедуры выносят её из привычной рутины, открывая новые, сложные отношения и интриги.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я прослежу.
Вежливый тон Кузьмина не предвещал никому ничего хорошего. "Добрый" Кузьмин рассказывал байки и улыбался. "Злой" — говорил витиевато и вежливо. Почти ласково.
— Ирина Александровна, к Вам два вопроса. Где ваш научный руководитель? И что с пациентами на выписку?
Вересова под взглядом руководства аж сжалась.
— Виктор Алексеевич сегодня снова на кафедре. На выписку сегодня только Соловьева.
— Что? Ирина Александровна…. Ой…
Вересова полезла в карту.
— Правильно ли я понимаю, что за десять дней, пока Виктория Львовна Соловьева занимала у нас отдельную палату, а Вы, доктор, её курировали, Вы не удосужились выучить, как зовут пациента? Она ведь, обратите внимание, даже не Мария Ивановна.
Версова потупилась. Ей оставался ещё месяц до конца практики в этом отделении. И если бы не Кузьмин, доктор наук, заведующий и свободный, она бы не заморачивалась. А так приходилось терпеть Краснова, который только и говорил, что о своём вкладе в медицинскую науку. И более талантливого, чем она сама, Степченко с его вечными подколами. А теперь ещё и эту рыжую ведьму из седьмой палаты. Из-за которой Кузьмин был явно сам не свой. А её шансы на внимание этого мужчины таяли, как грязный снег на апрельском солнце.
— Я вынужден, коллеги, очередной раз напомнить вам всем, что пациенты — это не только ваш объект исследований, а в первую очередь люди. С проблемами. С собственной жизнью и историей. И эта история от проблем со здоровьем, которые мы тут пытаемся решать, неотделима.
Кузьмин старался смотреть на людей, когда говорил. Но глаз зацепился за приоткрытую дверь. Там в коридоре мелькнула плечо в бордовой спортивной куртке и яркий локон. Или показалось? Свернул совещание быстро, оговорив ещё пару организационных моментов. И удержал себя на месте. В коридор он сейчас не пойдёт. Дел куча. Бумаг — вагон. Вот этим и займётся. Глядишь, голова посвободнее станет.
Лёля, как велели, прогуливалась по коридору. В дневник записала: "Ходила". Получалось не очень энергично. Коридор утром был практически пуст. Пациенты по палатам, персонал на совещании. Было интересно, у них это такая же скукотища, как в школе? Сама Склодовская на таких собраниях старалась сесть в угол подальше и успеть проверить тетради.
Голос Кузьмина было слышно метров за пять до приоткрытой двери. Вот он какой, "ахтунг". За вежливым тоном лёд. Оказывается, Александр Евгеньевич бывает очень колючим. Лёля зависла в полуметре от двери. Подслушивать, конечно, нехорошо. Но уж очень интересно.
Вдруг задвигались стулья. Лёля спешно развернулась и весьма резво потопала в другую сторону. Обернулась. Кузьмин не появился. Только Вересова бросила на неё странный взгляд и скрылась в одноместной палате. Там обитала весьма яркая дама.
