Автор
Падая вниз со второго этажа, я столкнулась со странным эпицезом: мою пятилетнюю дочь обнаружила ужасающую картину разбитого горшка и земли по всем углам. Ответ на мой вопрос о том, что случилось, был слезами и тихим стоном. Она знала, что ждет наказание за свои действия.
Я всё лучше стала понимать себя, почему я поступала в той или иной ситуации определенным образом, а вот Богдан стал немного закрываться. Я не спрашивала у него причины, просто плыла по течению.
На фоне всего этого мне удалось договориться с Богданом о том, что у нас будет полная совместная опека над Дашей, и теперь она неделю жила у меня, и неделю у отца. Её, в принципе, всё устраивало. Тем более, что, когда Даша была у Богдана, я всё равно приезжала почти каждый вечер, чтобы увидеть её."
"И вот, последнюю неделю началось следующее: Богдан стал ко мне более внимательным, стал пытаться провести время со мной наедине, а не только в присутствии Даши, дарить подарки, цветы…
В общем, начал пытаться снова меня завоевать.
А я… Я пока никак не отвечала. Я запуталась. Тело реагировало на Богдана, по-прежнему отзывалось, а мозг упрямо твердил, что мне нужно ещё время побыть одной.
На кухне я, не оглядываясь, пошла к чайнику, нажала кнопку, и сразу взялась за цветы. Чем меньше зрительного контакта с Богданом — тем лучше и проще.
Почувствовав руку на талии, я вздрогнула и отскочила. Он опять за старое?
— Прости, не хотел тебя испугать. Просто чайник уже давно вскипел, а ты никак не реагировала.
— Задумалась, видимо. — Неловко улыбнулась я, и полезла в верхний шкаф за кружками. Я редко пила чай или кофе последнее время, да и гостей не принимала, так что убрала «гостевые» чашки подальше.
Попыталась с пола достать их, но ничего не вышло. Нужно было брать стул, и доставать с него. И кто придумал эти новомодные кухни с антресолями под потолок?
— Я помогу, подожди. — Услышала я за своей спиной, и, даже не успела среагировать, как почувствовала за собой Богдана.
Он прижимался к моей спине своим телом, и тянулся вверх за кружками.
Я вся натянулась, словно струна, готовая вот-вот порваться от ошеломительных ощущений, расползающихся по коже от прикосновения мужского тела.
Всё же, столько месяцев воздержания, это вам не шутки.
Богдан словно специально медлил и не отходил, хотя чашки точно уже были в его руках.
А я прикрыла глаза, ожидая его следующий шаг.
Сейчас он либо отстранится, либо зайдёт дальше. Мяч был на его половине поля.
