Автор
Падая вниз со второго этажа, я столкнулась со странным эпицезом: мою пятилетнюю дочь обнаружила ужасающую картину разбитого горшка и земли по всем углам. Ответ на мой вопрос о том, что случилось, был слезами и тихим стоном. Она знала, что ждет наказание за свои действия.
Кто знает, что в головах у этих бывших любовниц, после того, как их бросили? Вдруг она пришла бы с ножом, или какой-то кислотой, разглядев во мне соперницу?
Я не знала, верить ей или нет. С одной стороны, если всё было так, как она рассказывала, то это было ужасно. Бросить возможно беременную от тебя девушку вот так на произвол судьбы…
С другой — мне, наверное, должно было быть всё равно. Плюс что могла придумать обиженная женщина — большая загадка. Это могло быть такой же клеветой, как и правдой.
В комнате меня встретили цветы.
Думала ли я тогда, что могу оказаться в таком положении как сейчас? Ни за что бы не представила.
И что бы не говорила Настя, но в одном она была права. Если действительно любишь — то простишь что угодно. А раз Богдан поверил какой-то клевете, не уточнил ничего у меня, и даже не попытался разобраться, понять и простить, даже если это оказалось бы правдой, любил ли он меня на самом деле?
А я, готова бы была простить его сейчас, если он вернулся ко мне?
Именно с такими мыслями я засыпала в тот вечер, а с утра будильник поднял меня, как мне казалось, необоснованно рано.
Когда я вышла из подъезда, машина Севира уже стояла внизу, как будто бы вчера никуда и не уезжала. А он сам стоял на улице, ожидая меня."
"— Доброе утро, Алёна! Готовы к первой командировке? Уверен, вам понравится. Лично я обожаю куда-нибудь выбираться. — Он улыбнулся, а у меня от его улыбки кожа покрылась мурашками, но я пересилила себя и улыбнулась в ответ.
36 глава
Богдан
Кабинет был залит закатными солнечными лучами, окрашивая всё в какой-то необыкновенный цвет.
Закаты. Алёна их очень любила. И опять все мысли о ней, всегда всё о ней.
Я не смог пересилить себя после нашей встречи и зачем-то послал букет цветов к ней на новый адрес, который выяснили мои люди. Нет, не её любимых, которые откуда-то узнал и подарил ей этот хрыч. Я хотел что-нибудь особенное. Такое, чтобы, глядя на цветы, она непременно вспоминала обо мне.
В голову пришли воспоминания о нашем дне свадьбы и том букете, который тогда был в её руках. Я помнил, как у меня, взрослого мужчины, перехватило дыхание от её красоты. Я тогда подумал, что никогда и на за что её не потеряю. Но, как оказалось, жизнь имела на нас свои планы.
В который раз я открыл верхний ящик своего стола, и достал толстый конверт, который мне когда-то передали. В нём было то, что разделило мою жизнь на до и после.
