Автор
В романе "Развод. Без тебя будет лучше..." главный герой вынужден идти на жестокие ухищрения, чтобы отобрать ребенка у бывшей супруги. История разворачивается в напряженной драматической атмосфере, где каждый шаг может стоить жизни семьям. В каждой главе мы наблюдаем ясное распределение прав и интересов, что придает читательскому опыту неотъемлемую непредсказуемость и глубину эмоций....
Старался с подругой жены не пересекаться, семью на выходные вывез отдохнуть, в надежде развеяться.
Но жене на отдыхе стало плохо, пришлось срочно вернуться. Ее положили в больницу, я с детьми остался один, кошмар, не знал, как буду справляться. Тогда я лишь до утра с ними остался, к обеду Милана вернулась, но казалось, я брошен всеми один с этими проблемами и не находил себе места.
Разумеется, подруга жены пришла меня поддержать, и когда детей с горем пополам уложили спать, все повторилось в нашей ванной комнате. Острее, лучше, дольше!
Словом, я на эти редкие, но жаркие случки подсел… И больше не видел жизни без этих встреч.
Может быть, такова моя судьба — встретить счастье, будучи женатым…
Совестно ли мне? Разумеется. Но обманывать Милану я больше не могу, тем более ей легче стало.
Совесть больше не ест меня ночами, что я предаю тяжелобольную женщину!
Сегодня после разговора с женой, который так толком и не состоялся, мне пришлось уйти.
Как же мыслями меня загрузило, еще и Милана озадачила своей тошнотой. Лицо ее бледное перед глазами стоит, качается, как луна в полнолуние.
Глаза, большие и опустевшие, поднимают с души муть.
— Мишань, — мурлычет Ира, вышагивая пальчиками по моей груди. — Ты с Миланой поговорил или нет? В облаках что-то витаешь.
— Поговорил.
— И как? — голос Иры полон нетерпения. — Миш, сколько можно тянуть? Я уже…
Ира спешит.
Вот какого хрена она с откровениями влезла? Я планировал мягко, постепенно, подготовить и детей, и самому как-то подготовиться.
Это лишь в моих фантазиях оказалось легко и просто — рвать с той, которая была моей женой много лет. Но в реальности я несколько раз планировал начать этот сложный разговор, но всякий раз язык будто растекался киселем во рту, и я не мог вымолвить ни слова, откладывал…
Но Ире не терпелось, и вот результат…
Неожиданно я чувствую приступ раздражения, накатившего едкой желчью к самому горлу.
Поэтому резко встаю с дивана и подхожу к окну, чтобы покурить. У Иры в квартире и в форточку приоткрытую подымить можно. Она не ворчит в отличие от моей…
— Ир, просил же, подожди. Чего ты всполошилась? Портишь только все.
— Что значит, порчу? — взвилась она с дивана, подхватив свой халат из алого шелка, в котором меня встретила.
