Автор
Серый галстук Ксения улыбается, зная о радости мужа от неожиданной возвращения домой. Она непринужденно готовится к встрече, а затем осторожно осматривает квартиру под лампу свечи. Как раз успевает она перед тем как Кира придет.
И никто другой мне не нужен.
— Я не понимаю, — тихо произношу я. — Если тебе никто не был нужен, зачем же ты продолжал общение с Юлей?
— Я не продолжал. После свадьбы у меня ничего с ней не было, ну, кроме той самой гребаной ночи.
— Ну да, — недоверчиво хмыкаю я.
— Это так. Когда я тебе врал, Ксюш? Максимум — не договаривал. Я стараюсь, по возможности, вообще не врать. Тем более, сейчас мне вообще нет смысла этого делать. Мы же все равно разводимся.
— Она сказала мне другое. Что ты ее любишь, ревнуешь, и что ваши отношения продолжаются полтора года, и ты сбегаешь к ней от опостылевшей жены… — сглатываю ком в горле.
— Ух ты!.. — качает он головой. — Насчет того, что я ее люблю — я даже комментировать не буду. Это такой бред, что даже смешно. Насчет ревности — я никогда ее не ревновал. Вообще никогда никого не ревновал, кроме тебя. Насчет того, что я к ней сбегаю, тем более от опостылевшей жены — чистой воды ее фантазия. Я ни к кому не сбегал, и никогда с ней не обсуждал ни тебя, ни наши отношения.
Он лезет в карман пиджака и достает телефон. Снимает блокировку, ищет в адресной книжке номер. Она у него записана просто как «Юля-пом». Помощница, видимо. Помощь по всем фронтам.
Я слышу гудки, так как Кир включил громкую связь.
— Алло, — слышу ее голосок.
В нем слышится затаенная надежда и осторожная радость.
— Юля, подскажи-ка мне одну вещь, а то я запамятовал. Не считая той ночи в отеле, когда у нас с тобой в последний раз был какой-либо интимный контакт? — спокойно спрашивает он.
— Эмм… ну я так не помню… — мнется она.
— А ты вспомни. А то у нас тут информация разнится. И скажи мне, пожалуйста, правду. Правду, Юль, — его тон ровный, но я слышу в нем нотки затаенной злости.
— Ты имеешь в виду полноценный?.. Или эмм… работа ртом тоже считается?
— Все считается.
— Тогда в день твоей свадьбы, — тихо шепчет она.
— Громче! — приказывает он ледяным тоном.
— В день твоей свадьбы! — повторяет она, и я слышу по голосу как она нервничает, и чуть ли не заплакать готова.
— Отлично. И что я тебе сказал, когда вернулся со свадебного путешествия и вышел в первый день на работу?
— Что у нас не будет больше никаких отношений.
— Да ты что? А у нас разве раньше с тобой были отношения?
— Ну…
— Что я сказал конкретно, Юля?
— Что у нас не будет больше никакого секса.
— И?..
— И что если с моей стороны будут попытки выйти за рамки чисто рабочих отношений, то ты меня уволишь.
