Автор
Вот теперь понимаю, как сильно жизнь может испортить даже самую симпатичную ситуацию. Медсестра нейрохирургии и её мужик позвали меня на работу в выходные - из-за моих проблем. Встреча вышла потрясающей: врач раскрывает правду о том, что случилось между нами, а я пытливо всматриваюсь в окружение, стараясь не поддаться ни слезам, ни притяжению этой необычной ситуации....
— Вы можете назвать причину? — до этого момента я злилась, а теперь вдруг успокоилась. Или силы кончились, не знаю. — Хотя нет, не называйте. Я сама скажу. Эта причина — Валерий Павлович Свиридов? — называю имя своего свёкра.
— Не совсем, — аккуратно отвечает заместитель главврача. — Видите ли, мы не можем не реагировать на… некоторые слухи.
Что ещё за слухи?!"
"— Сволочи! Чтоб вас всех диареей прошибло подальше от унитаза! — меня душит гнев всё то время, пока спускаюсь от начмеда и выхожу из больницы.
На улице зябко ёжусь под пронизывающим ветром, добегаю до подземного перехода и ныряю в метро, чтобы не мёрзнуть.
— Аморальна и жестока! Я им покажу аморальную и жестокую! — зло бурчу себе под нос.
Понятно, что обвинить меня в чём-то конкретном — нужны доказательства, которых у моего бывшего и его семьи нет. Но они и не обвиняют. Как я только что сама убедилась — достаточно слухов. В любой больнице шепнул на одном углу — на другом повторили уже с такими леденящими кровь подробностями, что только и остаётся удивляться человеческой фантазии.
А спустя ещё неделю мне становится понятно, что если я продолжу ходить по собеседованиям, то все эти «подробности» вырастут до размеров такого снежного кома, что меня просто задавит.
Как же быстро можно подорвать доверие к человеку. Даже мои старые знакомые и коллеги, некоторых из которых я считала друзьями, прятали глаза, когда я проходила мимо в очередном отделении, куда пыталась устроиться, и не отвечали на мои сообщения. Правда, не все — но тех, кто не повёлся на слухи, можно на пальцах одной руки пересчитать.
— Агния, послушай доброго совета, — говорит мне Витька — а на самом деле Виктор Кузьмич, анестезиолог, с которым мы когда-то вместе учились в первом меде, — тебе надо уехать на какое-то время. Сейчас, пока вокруг тебя вся эта круговерть, чем больше ты стараешься доказать, что ты не верблюд, тем меньше тебе верят.
— Я знаю, Вить, — вздыхаю устало.
Последние несколько дней вымотали меня не столько физически, сколько морально.
Единственный плюс, который во всём этом имелся — мне больше не придётся терпеть сальные взгляды и сексистские шутки заслуженного профессора и академика. В остальном… В остальном очень хотелось пореветь.
