Автор
Вот теперь понимаю, как сильно жизнь может испортить даже самую симпатичную ситуацию. Медсестра нейрохирургии и её мужик позвали меня на работу в выходные - из-за моих проблем. Встреча вышла потрясающей: врач раскрывает правду о том, что случилось между нами, а я пытливо всматриваюсь в окружение, стараясь не поддаться ни слезам, ни притяжению этой необычной ситуации....
— Инна Дмитриевна, у вас ещё какой-то вопрос? Мы уже всё решили! — тон немного недовольный.
Решаю не дослушивать и сбегаю. Пусть разбираются сами. Хотя успеваю разобрать, что девица начинает оправдываться, судя по тону. Почему-то это немного поднимает мне настроение, и в архив я спускаюсь довольная и настроенная на работу.
Спустя несколько часов потягиваюсь за столом, распрямляя затёкшую спину и плечи, собираю папки, возвращаю их пожилой женщине-архивариусу и выхожу на крыльцо подышать воздухом. Уже вечер, хирург, наверное, скоро освободится или уже освободился, можно будет ехать домой.
Спохватываюсь, ловя себя на мысли, что называю его дом своим. Этого ещё не хватало! Нужно побыстрее разобраться, как отсюда добираться самостоятельно! Решаю сделать это прямо сейчас, достаю мобильный, но тут вижу приближающиеся проблесковые маячки. Скорая.
Внутри разливается нехорошее предчувствие.
Глава 10
Из подъехавшей машины пациента, похоже, молодого парня, на носилках вытаскивают два фельдшера, с одним из которых я уже работала.
— О, Агния, ты чего здесь? — вытаращивается на меня знакомый.
— Что у вас? — игнорируя вопрос, спрашиваю.
— Открытая черепно-мозговая, — сухо отвечает второй, — перелом костей черепа, сопор, кровоизлияние не могу исключить. Идиоты, — цедит в сторону.
Кидаю на него взгляд, пока мы торопливо заносимся в приёмное. Пациентом тут же начинают заниматься врачи стационара.
— Что там с идиотами? — спрашиваю у фельдшера, пока они отдают на подпись сопроводиловку и подписывают нужные бумаги.
— Да придурки малолетние, — мужчина явно зол. — Собственноручно поубивал бы всех этих самокатчиков нахрен!
Терпеливо выслушиваю матерную тираду, хорошо хоть, он быстро переходит к делу.
— Аж трое дебилов на эту дьявольскую машину влезли, — говорит мне. — Естественно, все под градусом. Ну и не справились с управлением. Врезались в парня, — кивает на пациента. — И, главное, идиотам по паре царапин, естественно, какое там сотрясение мозга, там сотрясать нечего, сплошная кость и две извилины, одна из которых уши держит, мать их!.
— Агния Станиславна! — зовёт меня со стороны другой голос."
"Кивнув расстроенному уставшему фельдшеру, разворачиваюсь к Игнатьеву.
— Даниил Антонович! — с другой стороны тут же подбегает Инна. — У пациента прогрессирующее ухудшение, симптомы сдавления, костные фрагменты в полости черепа.
