Автор
В комнате напряженно молчит лишь шелест бумаги и дыхание. Ты опоздала – такой острый звук заставляет дрогнуть воздух. Кирилл смотрит на тебя так, словно ты виновата во всех проблемах, но холодность его взгляда не касается твоих глаз. От его присутствия хочется укрыться под защиту льда....
Водителя так и не нашли, заочно ему тоже предъявили обвинения. Я знаю, что его искал и отец Кирилла, ведь он ключевое звено во всей этой истории.
Я много раз давала показания, в том числе и встречалась с адвокатами Литовцевых. Кирилл считал, что я покрываю любовника, а значит тоже причастна. Я устала от всего. Три напряжённых месяцев дали о себе знать. Я полностью погрузилась в Марусю, ведь у неё, кроме меня никого не осталось. Доказывать, что она дочь Бориса, было бесполезным занятием. Тест ДНК провести не смогли, да и у него было завещание, где всё движимое и недвижимое оставлялось сыну от первого законного брака.
Подсчитав сбережения, у меня была и наличность, и личный счёт, я сняла квартиру на окраине, чтобы сэкономить. Мне предстояло найти другую работу, продолжать лечение сестры, на следующей неделе должна состояться ещё одна операция, которая покажет, есть ли шанс у Маруси. На переливание крови я искала доноров, потому что моя кровь не подходила.
А когда оставалась одна, то бесцельно смотрела в окно, беззвучно плакала от бессилия, на меня накатывал страх, что я не справлюсь. Развод и отсутствие поддержки Кирилла едва не сломило меня. Я держалась на одном только желании помочь Марусе.
****
– Привет! – она протянула мне альбом. – Смотри, я нас нарисовала!
На альбомном листе я увидела двух девчушек, жмущихся друг к другу. Мы сидели на каком-то брёвнышке на солнечной поляне.
– Похожи. – улыбнулась ей.
– Ммм… Что-то вкусненькое? – она мечтательно закатила глаза.
– Ага. Кто-то тут мечтал о пельмешках.
– Ооо, ты сама лепила их? Кри-ис, научишь меня тоже? Мама хотела… но… – она жалобно всхлипнула. – не успела… – успела прошептать перед тем как по её щекам потекли дорожки слёз.
– Милая моя… Маруся, – обняла её за худенькие плечи. – Всё хорошо, конечно научу. Думаю, она будет рада этому.
Маруся кивнула, всхлипывая.
– Я так скучаю… Кристина, скажи, ты же не бросишь меня? Не сдашь меня в приют для инвалидов?
– Никогда.
Глава 3
Я сидела на скамейке у клиники, потерянная и несчастная. Продать обручальное кольцо у меня не хватило смелости. Так же как и серьги. Это память. Память о Кирилле. На меня постоянно накатывало чувство горечи, какой-то безысходной тоски, но я прогоняла их прочь. А сегодня… не смогла сделать этот шаг и вылетела из ломбарда, как метеор. Нужно решиться.
